Олег небрежно наполняет мой бокал и углубляется в рабочую беседу. Растягиваю губы в улыбке, изредка бросаю взгляды через стол на кого попадется. Цежу кисловатую светлую жидкость маленькими глотками. Как и положено спутнице регионального управляющего, не отсвечиваю. За несколько таких корпоративов Олег сумел донести, что от меня требуется.
Время тянется медленно, а вино, которое мне подливают то Олег, то Павел, все сильнее дурманит голову.
Часа через три эта унылая клоунада подходит к концу. Олег прощается и ведет меня в машину. В теле ощущаю ватную легкость, а на душе скребут кошки. Появление Игната словно лакмусовой бумажкой подсветило все, что меня угнетало в нынешних отношениях. И непонятно, что делать с этим запретным знанием. Олег открывает мне пассажирскую дверь, затем садится за руль.
— Продолжим разговор, Сеня, — выговаривает тяжелым тоном.
4-1
Олег Сергеевич Иванчук
38 лет. Родился и вырос в Санкт-Петербурге, в аристократической семье.
Закончил Холодилку по специальности Внешняя экономика и начал строить управленческую карьеру. В настоящий момент региональный
управляющий в популярном сотовом ритейле.
Олег карьерист до мозга костей. Любитель контроля и стабильности в худшем проявлении. Домосед, живущий по четко спланированному графику.
Характер деспотичный. По жизни идет по головам, нет препятствия, которое бы могло остановить его на пути к цели, кроме смерти, конечно.
Наглость — второе счастье. Порядочность для слабаков.
5.
Ненавижу ссориться. Не выношу, когда на меня сердятся. Знаю, что придется довести этот неприятный разговор до какого-то консенсуса, иначе начнется холодная война. Олег умеет ругаться мастерски, а молчать может по неделе, я всегда проигрываю ему.
— Чего ты завелся? — спрашиваю через несколько напряженных минут пути. — Это лишь цветы.
Олег на мгновение отвлекается от дороги и пронзает меня колючим взглядом.
— Чего я завелся? — переспрашивает, нарочито изумляясь. — Я чего завелся?! Какой-то хер с горы дарит моей женщине ее любимые цветы, а я должен радоваться?
Как же хочется снова ответить ему, что он сам почему-то не дарит. Но я это уже сказала, и Олегу на это плевать. Какое-то время едем молча. Олег очень зол, и меня это подавляет.
— Скажи, Сень, между вами что-то раньше было? — спрашивает он, когда мы сворачиваем на нашу улицу. — Только честно.
Зачем? Ну зачем ты это делаешь, Олег?! Никогда не умела и вообще не люблю врать. Это неуважительно к тому, кого обманываешь. Я не смогу солгать, поэтому тяну время.
— Тебя это не касается, — пытаюсь увильнуть, но знаю, что теперь Олег с живой не слезет. Дожмет. Он уже достаточно изучил меня и знает, как добиться ответа.
Машина тормозит у нашего дома на Литейном проспекте и заезжает во двор. Олег аккуратно паркуется у подъезда, потом вскидывает на меня въедливый взгляд.
— Значит, было, — произносит резко и, выйдя из машины, громко захлопывает дверь.
Выбираюсь следом. Этот вечер безвозвратно испорчен.
Мы заходим в подъезд. Олег никогда не выясняет отношения там, где нас могут услышать посторонние. Зато, как только закрывается дверь квартиры, он с нажимом задает тот же вопрос.
— Даже если и было, — упираю в него прямой взгляд. — Какая разница? Было и закончилось. Я с тобой, а не с ним!
На языке вертится «в моих мыслях только ты», но не могу. За год, пока мы встречаемся, я ни разу не призналась Олегу в любви, заменяла именно такой формулировкой, но сейчас даже это вранье. Его ревность испепеляет все светлое, что я к нему испытываю. Паршивое ощущение.
— Так было или нет, Сеня?! — восклицает Олег, скидывая туфли, снимает пиджак и вешает в шкаф. — Ты прямо сказать можешь?
Препираться вредно, если я хочу закончить вечер на нормальной ноте.
— Было, — сдаюсь. Говорю же, он с живой не слезет. Не смотрю на него. — Мы встречались в Нижнем Новгороде. Пять лет назад расстались.