Возможно, ему надоели её просьбы, слезы и упреки, а, возможно, посмотрев на красавицу дочь, что из нежной девочки за три года превратилась в похожую на бутон розы невесту, родитель решил все же попытать счастья в Петербурге.
-Ну, смотри. Учёные все старики, да женаты, - усмехнулся он в усы.
-Я буду смотреть по сторонам и найду молодого, - Стефания бросилась ему на шею, чувствуя, что наконец-то исполнится её мечта.
Несмотря на уверенность отца в том, что все учёные стары и женаты, это оказалось отнюдь не так. Стефания в первый же день была представлена нескольким молодым ученым, которые не подходили под оба описания. Не то, чтобы она мечтала стать женой ученого, нет. Но отец вращался в научных кругах, и выбора у неё по большому счету не было. Не обладая научным складом ума, слишком юная для серьёзных размышлений, Стефания мечтала только о балах и танцах, о платьях и кавалерах, поэтому научные симпозиумы восприняла, как выходы в свет. Достаточно быстро она стала известна не менее, чем учёные с самыми громкими именами, что долго и нудно вещали с кафедры, от чего Стефания чаще всего засыпала. Все мечтали познакомиться и танцевать с ней на вечерах, когда в научных салонах играли на фортепиано.
Однако сердце Стефании оставалось свободным до того мига, как в один из дней она, придя на конференцию, увидела его... Филипп Милмсбери что-то рассказывал о бабочках. Он даже показывал бабочек, их рисунки, которые Стефании очень понравились. Но она не смотрела на рисунки. Во все глаза она смотрела на Филиппа! Возможно, это была любовь с первого взгляда. Сердце её забилось, когда она узнала, что он прибыл из Англии, перед глазами промелькнули картины блеска Лондона, шикарных балов и приемов, на которых она могла бы блистать, выйди замуж за этого красивого и рассудительного молодого человека! Она так мечтала о других странах, она мечтала увидеть мир!
Филипп тоже обратил на неё внимание. Сердце Стефании в присутствии молодого маркиза выделывало кульбиты, она краснела и стеснялась, но мужественно смотрела ему в глаза. Теперь она знала, чего хочет больше всего на свете. Она мечтала выйти замуж за Филиппа Милмсбери и уехать с ним в Лондон!
Мечты её сбылись. Однажды, гуляя в парке с маркизом, который неизменно оказывал ей знаки внимания, Стефания услышала заветные слова:
-Дорогая моя мисс Дамирова, я бы хотел видеть вас рядом всю свою жизнь. Но я скоро уезжаю в Лондон. И был бы рад предложить вам поехать со мной.
Он краснел не меньше неё. Стефания хлопала ресницами, понимая, что пробил её звёздный час. Английский маркиз сделал ей предложение!
-В Лондон? - удивилась она, взяв себя в руки, - но как?
Филипп засмущался ещё больше.
-Боже мой, мисс Стефани! Как же я забыл о самом важном! Я мечтаю, чтобы вы поехали в Лондон в качестве моей невесты, и чтобы мы обвенчались как можно скорее по прибытию в Англию!
Жениха и невесту в Лондон сопровождал отец Стефани. Он был доволен - не только дочь его стала маркизой, но и одна из самых крупных конференции по зоологии в это время проводилась в Лондоне. Филипп выступал и там, и отец Стефани тоже сумел зачитать свою статью и сорвать овации.
-Я очень рад иметь такого зятя, - сказал он на прощание, когда молодожёны после шикарной свадьбы провожали его в Дувр, - я буду как можно чаще навещать вас, дети мои!
Мечта сбылась. Стефани блистала на балах, и Филипп гордился ею, будто она была редкой бабочкой. Увы, бабочки и разговоры о них Стефани быстро надоели. Долгими вечерами она не знала, чем себя занять, и, если они не ехали на бал, старалась сбежать от мужа, который готов был посвящать её в свои изыскания часами и даже целыми днями. Потом они поехали в его поместье, где Филипп целыми днями бегал с сачком, а Стефания оказалась наедине с его матерью, дамой склочной и больной, которая совсем не полюбила невестку-иностранку. До рождения сына Стефания могла от неё сбежать в Лондон. После рождения Энтони, не менее капризного и болезненного, это стало невозможно.
Энтони все время плакал. Служанки сбивались с ног, а Стефани нервничала и не знала, как успокоить ребенка. Зато старая леди Милмсберу знала всё лучше всех. Она была недовольна тем, что ребёнок мешает ей спать по ночам, хотя спала как можно дальше от детской. Она была недовольна любым видом малыша. Она была недовольна Стефанией, которая никак не могла ей угодить. И только Филипп вызывал на лице её улыбку. Филипп никак не реагировал на любовь матери, совершенно спокойно игнорируя все её попытки расположить его к себе. А поняв, что Стефания не разделяет его интереса к бабочкам, постепенно начал терять интерес и к жене.
-Чтобы он меня любил, я должна быть похожей на бабочку! - говорила Стефани своей подруге Эвелин, с которой познакомилась в первые свои дни в Лондоне.
-Тогда отрасти усики, - смеялась Эви, но Стефани было не до смеха. Чувствуя, как ускользает любовь мужа, она старалась уделять ему как можно больше внимания. Она даже соглашалась на постельные утехи, хотя не любила их и считала обычным мужским недостатком. Но ничего не могло сохранить его интерес. И вот теперь он уехал в Лондон, не пожелав взять её с собой! Зачем, зачем она так стремилась в Англию, если вынуждена делать тоже самое, что делала всю свою жизнь в России?! Жить в отдалённом провинциальном поместье, да ещё и не с родным отцом, а с чужой капризной матерью, которая ненавидела её, и капризным ребенком, который всё время болел!