Эти слова ударяют меня, как молот. Я не могу поверить, что он говорит такое. Слезы снова начинают течь по щекам, и я чувствую, как внутри все разрывается от боли.
– Алексей, это несправедливо, – говорю я, стараясь удержаться от рыданий. – Я тоже хотела детей. Я мечтала о семье. Но это не моя вина.
– Конечно, это не твоя вина, – саркастично говорит он. – Ты всегда находишь оправдания. Но факт остается фактом: ты пустоцвет. Ты не можешь дать мне наследника. Ты не можешь сделать меня счастливым.
– Как ты можешь быть таким жестоким? – спрашиваю я, чувствуя, как сердце разрывается на части. – Мы вместе проходили через все это. Я всегда поддерживала тебя, несмотря на наши трудности. Почему ты обвиняешь меня?
– Потому что это правда, – отвечает он без тени сомнения. – Я потратил лучшие годы своей жизни на бесполезную тебя. Я мог бы иметь семью, детей. А теперь у меня ничего нет. И это все из-за тебя.
– Это не правда, – говорю я. Внутри все кипит от боли и обиды. – Я тоже страдала. Я тоже хотела детей. Но это не дает тебе права обвинять меня и унижать.
– Ты просто не понимаешь, Ива, – его голос становится еще холоднее. – Ты всегда была для меня чемоданом без ручки. Ты никогда не могла быть настоящей женщиной. И теперь я хочу освободиться от тебя.
– Освободиться? – повторяю я, чувствуя, как слезы текут по щекам. – Ты действительно так думаешь?
– Да, – отвечает он твердо. – Ты никчемна! И я больше не хочу тратить на тебя свою жизнь.
Эти слова окончательно разбивают меня. Я не могу больше выносить эту боль и унижение. Собираю все свои силы и решительно смотрю ему в глаза.
– Знаешь, Леш, – говорю, стараясь не потерять самообладание. – Возможно, я действительно не могу дать тебе детей, но это не делает меня никчемной. Не делает. Я заслуживаю лучшего отношения и уважения.
В этот момент Алексей поднимает руку и резко бьет меня по щеке. Удар такой силы, что я падаю на пол, чувствуя жгучую боль и унижение.
– Ты не имеешь права спорить со мной! – кричит он, его глаза горят злобой. – Ты никто! Ты ничего не значишь! Ты только и умеешь, что мешать мне жить!
Слезы текут по моим щекам, но я стараюсь удержаться от рыданий. Я чувствую, как внутри все кипит от обиды. И я наконец-то понимаю, что больше не могу так жить. Не могу больше подставлять вторую щеку. Не могу прятать голову в песок. Не могу молча глотать унижения.
Собирая все свои силы, я поднимаюсь с пола, и, несмотря на страх и боль, смотрю Алексею прямо в глаза.
– Хватит, Леша, – говорю твердо. – Я больше не позволю тебе унижать меня. Я не позволю.
– Закрой свой рот, Ива, – рычит Алексе.
– Хватит! – поднимаю руку и резко даю Леше пощечину, вложив в этот удар всю свою боль. Алексей ошеломленно отшатывается, не ожидая такого отпора.
– Что?.. Что ты сделала?.. Ива… – бормочет Леша. – Как ты… Как ты могла ударить меня?..
– Ты больше не смеешь так со мной обращаться! – кричу. – Ты больше не будешь управлять моей жизнью. Понял?!
Глава 8
Я выскакиваю из квартиры, не думая, куда иду. Просто бегу, куда глаза глядят. Слезы текут по щекам, смешиваясь с каплями дождя.
Ничего не замечаю вокруг, ничего не слышу. Только мой быстрый пульс и шум в ушах.
Бегу все дальше и дальше, стараясь убежать от боли и унижения. Не замечаю, как кто-то быстро приближается ко мне сзади. Вдруг раздается визг шин, и я ощущаю сильный удар. Меня сбивают с ног, и я лечу вперед, качусь по дороге.
Боль пронзает все тело. Кажется, что каждое ребро, каждая мышца кричат от агонии. Я пытаюсь подняться, но не могу. Мир вокруг затихает, и я погружаюсь в состояние покоя. Внезапно ощущаю, как кто-то прикасается ко мне.
Я думаю, что это Лена, и пытаюсь увернуться от ее рук.
– Нет, не трогай меня! – кричу я и пытаясь отползти. Но у меня не получается, ведь я не могу двигаться.
Но когда открываю глаза, вижу, что лежу не на дороге, а на лужайке в каком-то непонятном месте. Вокруг меня бегают дети. С грязными лицами, в старой одежде, они выглядят странно – как будто из другого времени. Они смотрят на меня с любопытством и трогают мои руки и лицо.
– Кто вы? – шепчу я, не веря своим глазам. – Где я?
Хорошенькая девочка с большими карими глазами и спутанными волосами, улыбается мне.
– Ты в нашем мире, тетя, – говорит она. – Мы нашли тебя и принесли сюда.
– Но как? – спрашиваю. Я все еще боюсь шевелиться. Боюсь, что мне будет больно. – Что случилось? Что со мной?
– Ты была в беде, – отвечает другой ребенок, мальчик с веснушками на носу. – Мы решили помочь тебе.