Как только я подумала о том, что мне предстоит оставить свою крохотную квартиру на чердаке и перебраться в их огромный дом, мне тут же захотелось выскочить из машины.
Инстинкт: «беги, глупая, беги». Страха не было — только паника с привкусом реальности.
Но тут мы завернули на их участок, и я замолчала, поражённая увиденным.
Поместье. Не дом — поместье.
Ага. Типа тех, в которых кого-то убивают в третьем акте фильма. Надеюсь, не меня.
Такое, где у каждого окна, наверное, свой личный психотерапевт, и у ёлочек дипломы по ландшафтному дизайну.
Каждой клумбе — по лайф-коучу.
Всё выглядело безупречно.
А я — нет.
Я — ходячая помарка на их идеальной обложке. Спасибо, приятно влиться в эстетику «до».
— Вот мы и дома, — сказала Линда, и в её голосе была неуверенность.
Как будто она сама до конца не верила, что я впишусь.
Спойлер: я тоже. Впишусь — разве что в стену. Или в чью-то нервную систему.
Я молча вылезла из машины.
Не потому что мне нечего было сказать — просто я знала: если сейчас открою рот, то либо выдам очередной саркастичный комментарий, либо заору.
Ни то, ни другое не подходило для первого впечатления. Хотя… я бы точно его запомнила.
На крыльце стоял Арон Бэнет. Муж Линды. Мой новый «опекун».
Прямо человек с обложки журнала «Стабильность и успех».
Ну или «Холодный расчёт в костюме от Armani».
Темноволосый, подтянутый, взгляд — пронзительный, как будто он умеет считывать людей, как ценники.
Взглянул — и уже прикинул, сколько обойдётся моё присутствие в его доме и нервах.
Ну что ж, гляди, Арон, на что подписался.
Добро пожаловать в реалити-шоу под названием «Сэм ломает семейную гармонию с первого взгляда».
Он был в возрасте около сорока, с темно-коричневыми слегка вьющимися волосами, которые были аккуратно подстрижены.
Его серые глаза были пронзительными, с каким-то необычным светом.
Кожа была светлой, почти мраморной. Он был подкачан, но не слишком.
Всё в его внешности говорило о том, что он был человеком, привыкшим к власти и комфорту.
А теперь представь, каково ему будет с бродячим подростком, которому комфорт — это плед и чтобы не орали.
Линда подошла к нему, и он обнял её за тонкую талию.
Линда, не стесняясь, поцеловала его в край губ.
Это была такая естественная и тёплая сцена, что я невольно почувствовала себя немного чужой в этом месте.
Нет-нет, продолжайте, это не неловко. Я просто тут стою, как живое напоминание, что любовь — не для всех.
Её волосы были темнее его, скорее шоколадного цвета, и достаточно длинные, чтобы почти касаться её талии.
Обычно она укладывала их в свободные локоны.
Она была загорелой, что контрастировало с бледной кожей Арона.
В её глазах был тот самый жёлтый блеск, который я всегда видела у себя, когда светило солнце.
Сейчас его не было. Ни в её глазах. Ни в моих. Спасибо, реальность.
— Сэм, это Арон, — сказала Линда и повернулась ко мне.
Её глаза искали подтверждение, что я не сорвусь прямо сейчас.
Ну, пока я просто пассивно агрессивна, считай — успех.
Я подошла, сохранив на лице ровное выражение: «я вежлива, но мне плевать».
Классическая маска. Помогает при встречах, похоронах и визитах к психотерапевту.
— Спасибо, что приняли. Очень… любезно, — сказала я.
Почти с теплом.
Почти.
Почти — снова в деле.
Арон улыбнулся. Тепло. Спокойно.
Либо он действительно был добрым, либо отлично играл.
Бинго. Сейчас начнётся великая психологическая дуэль: кто кого выведет из себя первым.
Хм. Интересно, у него тоже есть внутренний голос, который матерится?
— Мы рады, что ты теперь с нами, — сказал он и пожал мне руку.
Уверенно, но не демонстративно.
Хорошо. Я ненавижу «сильные рукопожатия», как будто кто-то меряет твою волю через кости.
Нет, спасибо, проверку на хрупкость прошла в прошлом году.
— Сэм, ты, наверное, уже слышала о моём муже, Ароне, — сказала она с лёгкой нервозностью, как будто пытаясь прочувствовать мои эмоции.
Удачи. Моё лицо — пустая комната. Иногда с эхо.
Я чуть было не рассмеялась.
Как можно было не знать о таком человеке, как Арон Бэнет?
Ага. Арон. Видела его в Google. И в новостях.
И в какой-то дурацкой рекламе часов, кажется.
Он смотрел на время так, как будто собирался арестовать его.
Я киваю.
Мы вошли в дом.
И я чуть не сказала:
А можно обратно в машину?
Это был не просто дом. Это был целый мир.
Высокие потолки, лестницы, ковры, антиквариат.
Всё выглядело так, будто тут снимали дорогой сериал.
Сериал, где мне явно отведена роль того персонажа, который «слишком проблемный, чтобы остаться надолго».