— Не спорь, — обрубил он. — Лиам, оставайся. Вдруг станет хуже — вызывай врача.
Я метнула взгляд на Лиама, ожидая, что он сейчас как-нибудь отмажется. Скажет, что у него дела. Или что он, ну, не умеет ухаживать за больными. Но нет. Он — гад такой — просто кивнул:
— Конечно.
Вот так. Без борьбы. Без попытки сбежать. Что ты, мать твою, замышляешь?
Линда принесла чай. Я вцепилась в кружку, будто в неё можно было спрятаться от неловкости. И от Лиама. И от мира.
— Я оставлю суп, если что, — сказала она. — А ты, Сэм, если станет хуже — сразу зови.
— Ладно, — буркнула я, делая глоток. Горячо. Противно. И неожиданно — немного утешительно.
Лиам всё смотрел. Не отрываясь. Ну хоть бы моргнул, а то ощущение, будто я объект под микроскопом.
Да, я умираю. Да, я некрасивая. Да, мне плохо. Хватит пялиться, гений аналитики. Иди люби свою футболку, а я тут... умру с достоинством.
Чёрт, этот день обещает быть вечностью.
***
Как только дверь за ними закрылась, я развернулась к Лиаму с единственной благородной целью — выставить его за дверь и обрести долгожданное одиночество, плед и право тихо страдать.
— Ладно, спасибо за заботу, но ты свободен, — заявила я с пафосом. Почти как благородный рыцарь, отпускающий оруженосца. Только без рыцарства. И без уважения.
Он фыркнул и не ушёл. Наоборот — удобно устроился на диване и закинул ноги на журнальный столик. Прямо в позе «я тут надолго, смирись».
— Ты даже стоять не можешь, — заметил он без особого сочувствия.
О, ну конечно. Вот так сразу — в лоб. Спасибо, доктор Хаус.
— С ума сойти, какой герой, — пробормотала я, рухнув на другой конец дивана и натянув на себя плед, как броню от его самодовольства. — Прямо спаситель в тапочках.
Он ничего не ответил. Просто сидел. Молчал. Смотрел.
На миг возникла наивная надежда, что он всё-таки уйдёт. Или хотя бы уснёт стоя. Но вместо этого он встал и вышел из комнаты.
О. Он ушёл? Правда? Победа?
Я уже mentally отпраздновала, когда он вернулся. С пакетом. И... что?
— Это что? — спросила я, прищурившись, будто он держал в руках не лекарства, а коробку с ядерной кнопкой.
— Аптека не так уж далеко, — пожал он плечами. Спокойно. Словно не совершил только что самый нелогичный поступок в своём арсенале.
Ага, конечно. Просто прогулялся до аптеки. Просто решил купить лекарства. Просто решил быть милым. Что дальше — обнимашки и "давай поговорим о чувствах"?
— Ты… купил мне лекарства?
— Нет, для призрака за твоей спиной, — усмехнулся он, кидая пакет на стол.
Вот она, забота по-мужски. С лёгким привкусом пассивной агрессии.
— Какой ты щедрый, — пробормотала я, доставая таблетки. Руками, как варёная курица. Всё валится, всё падает, пальцы не слушаются.
Он наблюдал. Молча. Потом вздохнул, выхватил упаковку и ловко разорвал её.
— Господи, ты как ребёнок, — проворчал он и протянул мне таблетки с чашкой воды.
Спасибо, папочка. А ты мне ещё книжку почитаешь?
— Просто мне плохо, — пробормотала я, делая глоток воды. Горечь на языке, горечь в душе. Всё стабильно.
Он снова ничего не ответил. Только сел рядом, лениво листая телефон.
Я валялась под пледом, как героиня дешёвой мелодрамы. Температура явно поднималась. Внутри всё горело, как мои нервы. Сил — ноль. Мозги — где-то под подушкой. Приятно.
— Лиам…
— Хм?
— Ты можешь уйти?
— Нет, — даже не посмотрел.
— Почему?
— Потому что, если ты потеряешь сознание, мне не хочется объяснять Линде, почему я тебя не удержал.
Ах. Ну да. Всё ради Линды. Никакой сентиментальности, Сэм. Он просто страхуется. Ради отчётности. Как хороший телохранитель — только без зарплаты и формы.
Я хотела что-то сказать. Что-то колкое. Что-то с укусом. Но организм решил, что сарказм нынче — роскошь. Всё, на что меня хватило — это фыркнуть в плед.
Время тянулось, как жвачка. Я плыла. Комната медленно вращалась вокруг меня, как будто мы на неудачном аттракционе.
Попыталась сесть — и тут всё поехало. Буквально. Мир накренился, пол пошёл вверх, я пошатнулась вперёд.
— Чёрт, Сэм!
Тёплые руки схватили меня прежде, чем я успела опозориться и рухнуть лицом в ковёр. Они были крепкие. Надёжные. И чертовски близко.
Я открыла глаза — и встретилась с его лицом на расстоянии двух вдохов.
Ага. Вот так и начинаются фанфики. Только в моём случае — температура, лоб мокрый, дыхание как у дохлого дракона. Романтика на грани фантастики.
Он смотрел на меня. Внимательно. Серьёзно. Я ощущала его дыхание. Его ладони на своих плечах. Его жар — или это мой?
— Ты горячая, — сказал он тихо.