Это конец. И я виновата в его смерти. Как вообще с этим жить?!
А на площадке Рейнар передумал, и поднял голову, посмотрев смерти прямо в глаза… и феникс осекся, сделав крошечный шаг назад.
Наступила тишина. Звенящая, напряженная тишина. Оставшиеся у купола переглядывались, пытаясь понять, что заставило феникса отступить. Они во все глаза смотрели на обезумевшего декана.
Я же смотрела на Рейнара. И потому заметила причину первой. Заметила - но не сразу поняла.
Такие беззащитно-голубые глаза моего наставника, которые я привыкла видеть сквозь толстые стекла очков, теперь были похожи на изумруды.
Рейнар менялся, рос, кожа покрывалась чешуей, и без того изорванную одежду прорезали шипы. Несколько секунд - и перед остолбеневшим фениксом стоял величественный дракон, едва ли уступающий стихиарию в размерах. Коричневая броня отливала бронзой, шипастый хвост нетерпеливо бил по площадке, поднимая в воздух песок. Ящер мотнул головой, украшенной короной из рогов и выдохнул клубы черного дыма.
- Дракон? Это невозможно! - прошептал чей-то голос за моей спиной. И я была полностью с ним согласна. Это было не просто невозможно. Этого никак не могло быть. Всех драконов перебили еще во времена Полуночи. Ужасная история предательства, изменившая расстановку сил целого мира. И немудрено, ведь за одну неделю погибла вся императорская семья! Мы учили это наизусть на уроках истории. Рейнар учил. А я даже помогала ему писать по этой теме доклад. Однажды, мы даже размышляли, что было бы, если бы императорский род не вымер. Получается, он все это время мне врал?!
Обида на секунду затмила мой разум, но кем бы ни был Рейнар, обезумевший феникс оставался грозным противником.
Будь Оттар в своем уме, всего этого бы не случилось. Ну или по крайней мере теперь он обуздал бы бушующую внутри стихию. Но любовная магия все еще отравляла его разум, и феникс, снова начал с клекотом наступать.
Но теперь его противником уже был не студент со средним магическим даром. Дракон не стал дожидаться новой огненной волны, он взревел, одним прыжком сократил дистанцию и вцепился стихиарию в горло.
Ректор и преподаватели отступили от купола, больше не делая попыток его снять. Теперь купол был единственной защитой тех, кто был снаружи от того, что творилось внутри.
Я пыталась разглядеть хоть что-то, но видела лишь пыль, песок, щебень и сполохи огня. Два огромных существа катались по конкурсной площадке в попытках убить друг друга. Учитель и ученик. Купол тишины не давал им взлететь, и они дрались когтями, зубами, крыльями, хвостами - и огнем. Жарким голубым пламенем, от которого купол изнутри становился мутноватым, портя обзор.
Мы слышали рычание дракона и шипение феникса, шелест крыльев, стук камней по куполу. Но для них внешнего мира будто не существовало. Купол работал в одну сторону, не позволяя хоть как-то снаружи повлиять на исход боя.
Оставалось только ждать.
Глава 42
На трибунах вокруг площадки висело напряженное молчание. Часть зрителей разбежались, остальные с тревогой ждали, чем закончится противостояние.
И вдруг тишину нарушил громкий скрежет. Неприятный звук, от которого сводило челюсти, нарастал и вскоре стал понятен его источник - по куполу тишины прошли глубокие трещины.
Зрители и даже деканы, все еще стоявшие у арочного входа на площадку, попятились. Олин да Карт закричал, приказывая всем отходить к корпусам.
Люди ломанулись с трибун. У входа во временную галерею образовалась пробка и многие побежали к академии прямо по снегу.
Мимо меня пробежал Виктор. Он хотел схватить меня за руку, видимо, опасаясь, что от шока я не соображаю и потому остаюсь стоять у купола. Я отдернула руку и покачала головой.
Мое место было здесь.
Вскоре перед покрытым сеткой трещин и едва сдерживающим внутренний напор куполом остались всего три человека. Я, Олин, связанный со мной браслетом верности, и Октар. Старый библиотекарь сидел на одной из скамеек, неотрывно смотря куда-то вглубь площадки, словно мог что-то разглядеть в песочно-щебневом вихре.
Я бросилась к Октару и прокричала ему на ухо:
- Уходите! Купол не выдержит!
Зубодробительный скрежет едва мне позволил услышать ответ:
- Они там... не уйду... история...
Я кивнула.
Октар знал, что подвергает себя смертельной опасности. Но в чем-то он был прав, по крайней мере я понимала его. На наших глазах происходило нечто невероятное, исторически невозможное, и оттого очень ценное. Старый библиотекарь не мог пропустить битву вековых соперников - Дракона и Стихиария. Он просто не простил бы себе этого.