— Должно быть, это очень интересная история. — Я посмотрела на них по очереди, начиная догадываться, что тут происходит. Следователь и навязанная помощница — а неплохой бы сюжет для любовного романа получился. И, кажется, Патриция тоже придерживается этого мнения.
— С удовольствием ею поделюсь. — Она, кажется, только этого и ждет. Ближайшие несколько минут я слушаю захватывающую историю знакомства напарников. Оказывается, что Патриция вдова — вышла замуж в девятнадцать, а уже через год ее супруг благополучно скончался. Благодаря показаниям деверя, подозрения пали на нее. И гнить бы брюнетке за решеткой, если бы за дело не взялся герцог Лоуэлл.
В моей голове сразу возникает яркая кинематографичная картина: Патриция сидит на полу в камере, дверь открывается и на пороге возникает Эммет в черном костюме и геройском плаще. Сзади бьет яркий свет. Он протягивает руку и улыбается уголком губ…
Кто бы тут не влюбился?
А дальше герцог выводит на чистую воду преступника — того самого брата мужа. Казалось бы, история закончена, но нет. Будучи дочерью посла, Патриция выросла в другой стране и свободно говорит на галлейском языке. И как раз он понадобился для следующего дела — проникнуть на закрытое мероприятие под прикрытием и встретиться с информатором. И так они и остаются напарниками до этого момента.
— Очаровательно. — Комментирую я, поглядывая на часы. Ужин давно закончился, и мы сидим за пустым столом, потягивая напиток. Нестерпимо клонит в сон, однако голос Эммета заставляет меня взбодриться.
— Маргарет, если вы не возражаете, то я бы хотел обсудить с вами кое-что в своем кабинете. Наедине.
— Конечно. — Я перевожу на него несколько удивленный взгляд. — Прямо сейчас?
— Да.
Дождавшись моего кивка, он начинает подниматься. Я следую за ним, теряясь в догадках, что могло понадобиться следователю в столь поздний час. Неприязненный взгляд Патриции буравит мою спину, ясно говоря, что просто так она это не оставит.
Глава 5.2
Спустя несколько минут мы оказываемся в кабинете. Интерьер довольно строгий: в нем преобладают прямые линии и темные цвета. Эммет отодвигает для меня гостевое кожаное кресло, а сам садится за стол напротив.
Мужчина молчит, и с каждой секундой градус моего напряжения все повышается. Его глаза изучают мое лицо с каким-то слишком неуемным интересом. Мне от этого взгляда не по себе. Он препарирует без ножа, пытаясь добраться до самой сути. Которую я и сама пока не успела толком понять.
— Вы хотели поговорить, Ваша Светлость? — Вежливо напоминаю я, немного нервно разглаживая складки платья на коленях.
— Хотел. Как вы себя чувствуете? Ничего не беспокоит?
— Вполне сносно. Благодарю. — Отвечаю я с легким замешательством. Не позвал же он меня сюда, чтобы выспрашивать о самочувствии.
— Я рад. — Он улыбается, но улыбка не затрагивает глаз. — Перейду сразу к делу. Прямо перед ужином я получил послание. Ваша семья направила королю жалобу о неподобающем отношении к аристократке. По их заверениям, я вас вытащил прямо из постели в одной ночнушке и увез в неизвестном направлении. Род вашего жениха требует компенсации и немедленного урегулирования вопроса…
— Но это же бред! — Не выдерживаю я. — Я могу дать показания, что все было совсем не так.
— Должно быть, вы забыли, Маргарет. По законам королевства, слова людей, имеющих… кхм… необходимость в опеке, можно сказать, ничего не стоят.
Внутри меня все клокочет от гнева. Я-то надеялась, что мне удалось избавиться от них раз и навсегда. Семейство Бенсли вцепилось в меня, словно голодный клещ по весне.
— И что будет дальше? Меня вернут родне? — Я с трудом беру себя в руки, но голос ощутимо подрагивает.
— Пока вы полезны для следствия, это маловероятный исход. — Да уж, недвусмысленный намек. Ничего не скажешь. — Однако леди Бенсли настаивает на присутствии вашей сестры в моем доме.
Я даже не знаю, кто из этих двоих хуже: Патриция или Картина.
— Вы… можете им отказать?
— Им — легко. Однако королю отказать будет намного сложнее. Теперь вы понимаете, почему они направили жалобу сразу ему?
Я киваю. Озадаченно прикусываю губу — привычка, доставшаяся мне еще от прошлого тела.
— Не будь они моими опекунами, то не имели бы права распоряжаться моей жизнью, ведь так?
— Кажется, я знаю, куда вы клоните. Избавиться от опекунства можно. Выхода у вас всего два: выйти замуж, и ваш будущий супруг возьмет на себя все заботы о вас. Или же доказать, что вы здоровы. — Произносит он, продолжая меня рассматривать. Меня это внимание, если честно, начинает напрягать.