У меня появилось почти всё: семья, подруга, няня. Всё то, чего там, в другом мире у меня не было, и вряд ли бы появилась.
«Спасибо всем за такой подарок», — повторяла я, сидя вечерами возле камина. В этой семье мне было тепло и комфортно.
Глава 4
Так я нежилась почти всю зиму, никто меня не торопил, говорить я так и не могла. Но с Дагной мне этого не надо было, а с отцом мне все равно было не о чем говорить.
Я окрепла, стала более вникать в свою новую жизнь. Если в той жизни меня ждали только работа и тоска, то здесь все по-другому. Столько интересного вокруг. В монастыре я научилась многому: вышивать, готовить, Серафима научила собирать лекарственные травы.
Здесь я думала, мне всё это пригодится, но когда я попросила принести мне всё для шитья, Дагна сказала, что Мари никогда этим не занималась. Мне пришлось делать вид, что я учусь. Все пришли в полный восторг, когда я начала делать большие успехи.
И только Дагна ухмылялась, она-то ведь знала всю правду. Это оказалось очень тяжело, характеры у нас разные: я спокойная, а Мариана более активная.
Ближе к весне отец объявил, что хочет устроить бал. Для меня это стало шоком. Дениз сказал, что раз Мариана поправилась, то пора начинать вести привычный образ жизни.
Он дал нам на подготовку месяц. Что тут началось… Примерки, мне нужно было научиться танцевать, и вообще научиться вести себя в обществе. У меня не было ни минуты свободной. Дагна была очень занята, ведь она стала моим учителем.
Конечно, я жутко волновалась, но вся эта круговерть так меня закрутила, это было новое, для меня необычно чувство и оно очень нравилось мне. Дагна мне все рассказывала, о людях которые будут у нас в гостях. Кто нравился Мари и как и к кому она относилась. Это было очень сложно, я вела краткие записи, и по вечерам изучала, представляя, как я буду на балу танцевать.
Сказка пришла ко мне, когда я увидела своё платье. Оно напомнило мне облако. Ткань была так тонка и нежна, что я заплакала. Шона кинулась успокаивать, охать, как всегда старалась окружить свою деточку от всех забот.
— Неужели не нравится? — спросила нянюшка.
А я вдруг тихо, робко сказала:
— Очень.
Шона не поверила своим ушам. Я так долго молчала, и тут голос неожиданно вернулся — наверно стресс. Она выскочила из комнаты и давай звать всех, чтобы рассказать эту радостную весть.
Вскоре почти все домочадцы были в курсе этой новости. Я тоже была в восторге, промолчав почти четыре месяца, снова услышать свой голос, было очень интересно.
На следующий день, Дагна предложила верховую прогулку. По моим круглым глазам она поняла, что я не умею ездить верхом.
— Моя вина, — сокрушалась Дагна. — Могла бы догадаться, где ты выросла! Давай попробуем.
Я как могла отпиралась, но она была очень настойчива.
— Собирайся, — скомандовала подруга.
Поход в конюшню был равен каторге, я шла, как на казнь. Ноги ватные, сердце стучит, как бешеное. Мне вывели очень красивую лошадь, она обнюхала меня и уткнулась в плечо мордой.
— Порядок, — сказала Дагна. — Она тебя узнала.
Я всё ещё не была уверена, что это хорошая идея, но доверие этой лошадки меня успокоило, и я рискнула.
Грум помог мне сесть и дал мне вожжи. Только, когда я сделала несколько шагов, поняла, как мне это нравиться. «Ненси», — вдруг вспыхнуло в голове, а именно так звали кобылу.
Дагна объяснила, что во мне осталась память Марианы. Было как-то не по себе, но подумав, я решила, что так будет справедливо, должно же хоть что-то остаться от девушки.
День бала приближался. Чувство тревоги то нарастало, то я была уверена в себе. В один из тревожных дней я узнала, что моей опоры и поддержки Дагны не будет на балу.
— Как же так? Почему? — спросила я, чуть не плача. — Я не смогу одна, я тоже не пойду.
— Ты обязана, ты хозяйка, а я не должна, мне нельзя.
Ей явно было горько это говорить, она искренне любила отца, но разницу в положении, никто не отменял.
— Ты готова, ты сильная. Если такое пережила, то всё остальное пройдет, как по маслу, — она подмигнула и поцеловала меня.
Наконец, наступил долгожданный день. С утра в доме все суетились, дом сверкал, как ёлка в Рождество. С кухни так пахло, но аппетита не было.
Была приглашена женщина, она занималась моей прической и сделала такую замысловатую, я бы никогда не повторила. Я выглядела на сто балов.
Затем зашел отец, я уже привыкла так его называть, он принёс шкатулку. Шона открыла её и стала доставать оттуда такие красивые вещи. Она стала их мне предлагать. Боже такой красоты я не видела даже в кино.