Я уставилась на машину. Сангвин упоминал, что может заменить мои отказывающие органы, неужели используя это?
— Вы разделываете пони… ради органов? — ужаснулась Твайлайт. — Флаттершай знает об этом? А Луна? — добавила она моментом позже.
— Возможно… но это зависит от точки зрения, — ответил он, подойдя к терминалу. Я последовала за ним, но призрачные фигуры вновь исчезли. Вернувшись откуда пришла, я пропустила действия, что он сотворил. Раздалось шипение, сопровождаемое хлопком. Перед Твайлайт появилась фигура прозрачного белого жеребца.
— Это пони? Что это? — полюбопытствовала Твайлайт. — Кто он?
— Это то, что мы зовем пустышками. Я бы показал тебе полноценную копию, но так как Химера заблокирована, все что мы можем — производить этих пустышек путем зацикливания системы, — ответил Голденблад, обходя белого пони. — Каждый орган и часть тела в этом теле подобраны идеально. Не менее… и не более того.
— Не более? То есть… у них нет разума? — поинтересовалась Твайлайт, подойдя, чтобы рассмотреть поближе. Глаза пустышки даже не отреагировали на её движение.
— Ни намека. Даже меньше, чем у младенца. И ни признака души, ну или, по крайней мере, ничего, что мы можем обнаружить. Тело, созданное из чистой биомагической субстанции. — Он указал на пустышку. — Разве это пони? У него нет ни родителей, ни магии, ни искры. У него достаточно инстинктов, чтобы спать, когда устанет или есть, если голоден, но он умрет без надлежащего ухода.
— Это поразительно, но… Голденблад, это неправильно. Луна никогда бы… — начала Твайлайт, но осеклась, встретившись взглядом с покрытым шрамами жеребцом. — Она не знает об этом. Она не может знать.
— Может и знает. На её взгляд нет ничего неправильного в использовании Химеры ради спасения жизни тысяч думающих и чувствующих пони. — Он глянул на стоящего пустышку. — Сама подумай. Если бы мы смогли дать пустышками интеллект, нам не было бы нужды использовать пони в войне. Мы могли бы произвести целые армии пустышек, экипировать их силовой броней или слить с драконами, мантикорами и фениксами, затем пустить их против наших врагов. С Химерой мы могли бы завоевать весь мир, если Луна пожелала бы этого! — произнес он, воодушевленно жестикулируя копытом, потом остановился и посмотрел ей в глаза. — И она пожелает. Возможно, не сегодня или завтра… но обязательно пожелает. Такому искушению противостоять невозможно, — закончил он до жути спокойным голосом.
В тот момент я не могла сказать точно, говорил ли он это Твайлайт или самому себе.
Твайлайт в ужасе глядела на пустышку. Голденблад смотрел ей в глаза, затем вкрадчивым голосом спросил:
— Твайлайт… тебя не посещала мысль… всего лишь одна-единственная мысль… о том, во что превратится Эквестрия, если эту войну выиграем мы?
Она сглотнула, уставившись на призрачного пони.
— Я была… занята.
Он посмотрел на неё и, вздохнув, покачал головой. Она ответила на его взгляд и тихо спросила:
— А ты?
Он нахмурился, прежде чем заговорить так, будто признавался в страшном преступлении.
— В последнее время? Я не мог думать ни о чем, кроме этого.
Они ушли, пропадая из поля моего зрения. Рампейдж выжидающе глядела на меня, пока П-21 просто сидел с обычным для него угрюмым выражением.
— Так, это — источник пустышек, — пояснила я, заметив Бу, выглядывающую из-за мусорных корзин. Я указала на трубы сверху, уходящие в золотое дерево. — Туда заливают Флюкс, но из-за блокировки Химеры, оно может производить только эти стандартные копии.
— Умно, — пробормотала Рампейдж. — В смысле, учитывая, сколько экспериментов они проводили, им определенно был нужен кто-то, на ком можно было их испытать. Не могли же они экспериментировать только с нами. — Она сощурилась и задумчиво потерла подбородок. — Интересно, стоило ли это дерьмо того.
Подождите-ка… с нами? Я быстро осмотрела её и обнаружила метку в виде колючей проволоки в форме сердца. Кто-то еще? Но потом она поймала мой взгляд.
— Рампейдж? Это ты?
Она нахмурилась.
— Блять… наверное… — Она яростно потрясла головой. — Да что за херня со мной творится?