— Так почему он это сделал? — спросила я. Гнев снова исказил его лицо, когда он взглянул на меня, но затем он снова отвёл взгляд.
— Не знаю. Флаттершай? Твайлайт? Луна? Напористые кобылы всегда были его слабым местом. Или может это было что-то ещё. Может власть, секреты и ложь вползали в него, пока его не разорвало. До тех пор, пока он так не устал от этого, что прекратил играть в игры, — сказал он, наклонившись ко мне и схлопнув копыта перед моим лицом, заставив меня подпрыгнуть. — А потом он обнаружил, что из игры нельзя выйти. Ты не можешь просто взять и изменить правила. Ты не можешь внезапно всё переделать правильно — он вздохнул, пока я приводила себя в порядок. — Он мог бы полюбить тебя. Наверное, потом убил бы, когда ты узнала, что делает ЭП-1101, но любил бы.
Я вздохнула и покачала головой.
— Так… почему бы не выложить всё?
— Это не моё дело, — хмыкнул он.
Я заворчала и закатила глаза.
— Ой, да ладно. Просто раскрой детали, Крупье, или кто ты там! Зачем ты разводишь всё это тайное дерьмо?
— Потому что я больше не играю в игры. Не как Сангвин, или ты. ДиДжей Пон3. Тот Выходец из Стойла — он разразился долгим слабым смехом. — Что, ты думаешь это всё совпадения? Я не верю в совпадения. Все вы начали шевелиться вокруг, как разворошенный муравейник? Ты начала расследовать секреты Д.М.Д.? Война, смерть и хаос? Это снова и снова повторялось двести лет назад. Та же чёртова игра продолжается дальше.
— Что за игра? О чём ты говоришь? — спросила я, чуть отступив. Может это не я была чокнутая? — Я здесь не играю ни в какие грёбаные игры!
— Разве? Почему же ты так пытаешься разузнать о проектах? — спросил он, облизнув губы. — Почему ты пытаешься узнать, для чего предназначен ЭП-1101? Потому что ты думаешь, что это приведёт тебя к ответам, не так ли? Почему тебя заботит эта городская дыра? Почему ты продолжаешь бороться день за днём? — он вытянул карту и швырнул её мне в лицо. Её поверхность была зеркальной и я уставилась на моё ободранное отражение. — Посмотри на себя! Ты полуметаллическая, Блекджек! — другая карта со мной, пригвождённой к ящику, упала в мои копыта, моя шкура была раскрашена в белое и красное. — Посмотри, через какое дерьмо ты проходишь — на следующей карте был атриум, ещё заполненный пони. На следующей была окровавленная камнедробилка. На следующей сорок стазис-коконов. — Смотри, сколько из-за тебя дерьма!
— Заткнись, — заорала я, и карты осыпались, как мёртвые насекомые, когда я попятилась в угол. — Чего ты от меня хочешь?
— Я хочу, чтобы ты прекратила играть в игру. В ту же самую идиотскую игру, в которую все пони играют годами. Перестань делать вид, будто во всём этом есть какой-то смысл. Прекрати воображать, будто ты можешь этот исправить. Ты не можешь спасти Пустошь. Ты не можешь спасти пони. Ты не можешь спасти своих друзей. Ты не можешь спасти себя, — сказал он, собрав карты и бросив их в свою ковбойскую шляпу. — Не будь как Твайлайт и её друзья. Иначе ты просто убьёшь всехпони, — он нацепил шляпу обратно на голову и указал на шар памяти, в моём механическом зажиме. — Положи этот шар обратно, где взяла, получи нужную тебе помощь, забирай своих друзей и уходи. Оставь это проклятое место и найди какой-нибудь мирный уголок. Забудь о Голденбладе и Эквестрии. Они умерли, и их больше нет.
— Я не… я не могу… — сказала я, зажмурив глаза. — Он что-то сделал. Что-то вызвал. И я могу это остановить. Я не могу сдаться. — Я всё так же видела его там, глядящего на меня с отвращением и осуждением. Ответа не было. Медленно я открыла глаза и оглядела пустую комнату.
Ничего. Только пустая комната.
— Ты в порядке? — спросила Глори, чуть нахмурившись, когда я вернулась в операционную.
— Я вполне уверена, что не выгляжу в порядке даже через бинокль. Но я готова позволить тебе приступить к работе, — хрипло отозвалась я, стараясь не смотреть на стеклянные лотки с донорскими тканями.
— У тебя есть шар памяти, который ты хочешь смотреть? — спросила Глори, повернувшись к стойке управления робо-хирургом.
Я осторожно подняла золотую сферу, таинственно появившуюся в офисном сейфе.
— Ага. Надеюсь, да.
Она нахмурилась.
— Без Лакуны это может занять час или два. Так что если ты очнёшься в середине процесса, попытайся нырнуть обратно в шар — я вспрыгнула на операционный стол. Ох, мне совсем не хотелось здесь находиться. От лежания на нём, ко мне вернулись все воспоминания о чик-чик-чик. К тому же, я могла видеть те маленькие ножницы на конце стального манипулятора.