Он закатил глаза и свел вместе передние ноги, покачав их из стороны в сторону. Затем указал мне между ног и похлопал себя по животу. Потом он указал на себя и вытянул копыто, держа его от земли на расстоянии в рост жеребенка. Я немного призадумалась, затем догадалась:
— О… значит вне Кантерлота остались дети, матери и молодые пони? — Он энергично кивнул. — И вы жили здесь?
Он застыл, затем вымученно улыбнулся и отрицательно покачал головой. Хотя, в этот момент мне показалось, что он занервничал. Он посмотрел в темноту, затем неопределенно махнул в сторону востока.
— Эм… что ж, приятно было повстречать тебя, Стигиус… — Это действительно было приятно, повстречать кого-то, кто не пытается убить меня. — Но мне нужно бежать.
Я вытряхнула воду из брони и надела её. Стигиус удрученно наблюдал за мной. Тут он бросился к своей темно-фиолетовой броне, мигом облачился в неё, затем быстро взлетел и приземлился передо мной с широкой и глупой ухмылкой. Но из-за спешки его броня сидела криво, а шлем оказался задом-наперед. Он на секунду замер, затем потянулся к нему и поправил, стараясь сохранить достоинство.
— Ты… хочешь пойти со мной? — Он низко поклонился. Я села и недоуменно глянула на него. — Почему?
Он скользнул глазами по моему крупу, затем ухмыльнулся и гордо выпятил грудь.
Это может слегка и впечатлило бы меня, даже с нелепо развернутым шлемом, если бы вторая темная фигура не вынырнула из тьмы ночи и не врезалась в него сверху. Он проскользил почти три метра, глядя вверх на второго ночного пони с той же темной шкуркой. Её грива была слегка более синей, нежели фиолетовой, но в остальном они выглядели практически идентично. Эта ночная пони была кобылкой в такой же броне, и судя по сердито прищуренным ярко-желтым глазам, она сильно злилась. Внезапно, мой слух наполнился едва слышными писком, визгом и скрипами, донесшимися из её рта. Выволочка сопровождалась её тыканьем в мою сторону и последовавшим подзатыльником по его голове.
У кого-то неприятности…
Наконец, она фыркнула и отступила, дав Стигиусу подняться. Оглядев его броню, она грубо поправила её и пристегнула, затем снова фыркнула и кивнула, прежде чем насуплено глянуть на меня. Её копыто повелительно указало в сторону.
— Хорошо. Хорошо. Я поняла, — пробормотала я, пятясь прочь.
Стигиус взмыл в воздух и приземлился рядом со мной, приковав к себе ошеломленный взгляд кобылки. Я вновь услышала серию тихих писков, когда он указал на меня. Она нахмурилась, глядя на него с выражением уже беспокойства, а не гнева. Она еле слышно пискнула в ответ и ткнула в мою сторону копытом. Затем подозрительно глянула на него и снова тыкнула в меня, издав другой звук. Он, вдруг, занервничал и поерзал, а потом снова принял горделивую позу и выдал, как предположила я, комплимент насчет меня.
Она безэмоционально глянула на него, затем вздохнула и покачала головой, затем, пролетев по дуге, приземлилась рядом со мной. Потянувшись, она осторожно похлопала меня по плечу копытом. Я лишь в полном недоумении смотрела на неё, когда она, презрительно усмехнувшись, прошла мимо Стигиуса, схватила радсвина и бесшумно улетела в ночь.
Я глянула на Стигиуса.
— Иииии?
Он вздохнул, взял мел и нацарапал: «Близняшка». Мгновение спустя он добавил ниже: «Тенебра». Похоже, одной из особенностей ночных пони были также странные имена. Он стер предыдущее и написал: «Она злится».
Да что ты говоришь?
— Почему?
«Правила». Он изобразил копытами переламывание, затем указал на меня и покачал головой. Нарушает правила?
— О, так тебе нельзя было… эээ… присоединяться ко мне? — спросила я. Он улыбнулся и постучал по носу. — Почему нет?
Он моргнул, нахмурился, начал двигаться… остановился, затем снова нахмурился. Вытерев дощечку, он начал писать. Нахмурился… стер… затем снова написал.
Наконец, он негромко вздохнул и написал: «Потому», затем кивнул. Полагаю, не стоило и спрашивать.
— И ты хочешь пойти со мной? — Он ухмыльнулся и низко поклонился. — Почему?
Он моргнул, и начал было вставать в позу, но, увидев мой взгляд, замер, продолжая ухмыляться, но более натянуто. Он поник, взял копытами дощечку, стер её и начал медленно писать.
Закончив, он свесил голову и развернул дощечку ко мне.
«Ты красивая».
— Красивая? — отозвалась я, попятившись. Он кивнул и вздохнул. — Ты хочешь пойти со мной, потому что я красивая? — Он снова кивнул, глядя на меня одним глазом. Я закрыла лицо копытом. — Слушай… Стигиус… у меня проблемы. Проблемы размером с жар-бомбу. Я в любой момент могу сорваться и оттяпать тебе достоинство лишь потому, что ты не так глянул на мой зад. Я только что выбралась из психушки. Черт… да за мной гоняется целая армия культистов! — Я не решилась упомянуть о своем вчерашнем наиболее ужасном поступке. — Будет намного мудрее с твоей стороны догнать сестру и улететь с ней. От меня одни неприятности.