Несколько секунд она смотрела на меня, затем медленно кивнула.
— Плохая пони — усмехнулась Психошай, ткнув меня в плечо, прежде чем отправиться дальше.
Остальные потянулись следом за ней, за исключением Лакуны и Рампейдж.
— Мне просто была нужна её помощь… — проговорила я, оправдываясь и глядя на полосатую пони.
— Вопросов нет, — ответила Рампейдж, проходя мимо. — Как я понимаю, тебе нужно гораздо больше помощи.
Все пони пошли вниз по коридору, оставив меня, понурившуюся, наедине с Лакуной.
— Ну, — спросила я, глядя на аликорна.
— Что «ну»? — непонимающие переспросила она.
— Разве Богиня не собирается выйти на связь, или что-нибудь такое? — уныло спросила я.
— Блекджек, здесь много полей ХМА. Талисман в какой-то степени эффективен, но они по-прежнему ужасно сильны. Богиня здесь не подслушивает и не подсматривает. Тебе нужна была помощь Спун. Ты её получила — она подтолкнула меня крылом и мы пошли следом за остальными. — Проблема в том, что твои идеи порой ранят пони, которые этого не заслуживают. В масштабах преступлений, творящихся на Пустоши, это, вероятно, можно считать мелочью. Но в глазах остальных, ты установила для себя столь высокие стандарты, что когда ты оступаешься, это выглядит намного хуже, чем есть. Большинство пони в Пустоши просто убили бы Сильвер Спун. Ты перехитрила её. Довольно мило для Пустоши. Совершенно чудовищно для Блекджек.
Я вздохнула, плетясь следом за ушедшими вперёд друзьями.
— И что же мне теперь с этим делать?
— Неплохим началом было бы вывести её отсюда живой, — сказал аликорн, похлопав меня по головке, будто я была маленькой кобылкой.
Я грустно улыбнулась. Рампейдж заблуждалась. Я не была лучшей из лучших пони в Пустоши…
Подвал Хайтауэра навевал тёплые воспоминания о дежурствах в Девяносто Девятом. Здесь повсюду было оборудование, похожее на то, мимо которого я ходила всю жизнь. Скучные, утомительные, молчаливые брожения по этажу… и над всем этим перекрученная мешанина труб, вентиляционных шахт и генераторов вместо пони. За исключением того, что в то время, как Девяносто Девятое ещё держалось, это место давало мне представление о том, как может выглядеть стойло, если Рейнджеры Стронгхуфа не возьмутся за его восстановление. Проржавевшие лестницы обрушились в шахты. Искорёженные лифты застряли. Повсюду сочилась вода. Время от времени нам попадались кабели, лишившиеся изоляции, но всё ещё гудящие под напряжением. Я старалась обходить их подальше. Последнее, что мне сейчас нужно — это удар током, который бы вырубит меня на несколько часов.
Потому что с каждой секундой счётчик радиации щёлкал чуть чаще.
Отличный план Шиарса явно не учитывал вещей типа дверей, которые невозможно открыть, лестниц, которые никуда не ведут, или обрушившихся коридоров. Не предусматривал он и молча выслеживающего нас полупрозрачного радиоактивного убийственного слизепони. Мы не могли убить его, или распылить дезинтегратором Цербера. Мы могли лишь убегать и надеяться, что он не полезет через вентиляционную решётку, на которой мы стояли, или не польётся из трубы. Всякий раз, когда Шиарс пытался указать нам нужный путь, он приводил в тупик.
Ещё меня не покидало ощущение, что за нами следят. Время от времени мне виделось что-то вдалеке, но всякий раз, когда я смотрела туда снова, там уже ничего не было. У меня слишком часто случались призрачные видения, чтобы я могла быть уверена, было ли там что-то или нет.
Внизу слизь, вверху непроницаемый потолок. Пока план шёл не очень гладко.
Поскольку его знания о плане подвала безнадёжно устарели, Шиарсу взялись помогать Грейвис и Сильвер Спун. Я же из её лучшей подруги превратилась в чудовище, разрушившее её иллюзии и бросившее её в опасности ради собственной выгоды. Забавно, но похоже в последнее время я очень часто оступаюсь.
Поступать лучше. Разве я не пыталась поступать лучше всё это время? Или когда-то это было… проще?
Иногда я думала о своей добродетели. Что я должна делать, чтобы придерживаться доброй стороны? Мне казалось, это означало быть хорошей пони и поступать лучше. Добродетель должна была быть как кьютимарка… но я понятия не имела, кой была моя. Беспощадность? Звучит не очень позитивно.
Я пыталась помочь Флэнку и всё покатилось к чертям. Я перевернула Впадину Бримстоуна. Я пыталась остановить войну. Хотя, мне удалось удержать П-21 от убийства изнасиловавших меня ублюдков. А потом я умерла…
Если бы я могла вернуться назад… поступала бы я иначе? Поступала бы неправильно? Неужели причиной того, что на меня не так сильно действовала ХМА было то, что я отличаюсь от своих друзей? Даже гули опасались ХМА… как бы мне хотелось поговорить с профессором Зодиак, может быть она дала бы ответы. Может быть… моя душа была разбита, или совсем потеряна? Могло так случиться?