Но мерзость утекала не слишком быстро, и на полу оставалось еще достаточно, чтобы растворить меня. Затем, приглушенно звякнув, мои тронутые коррозией кончики пальцев хрустнули и отвалились, я стремительно полетела в синюю жижу.
И тут я замерла, удерживаемая в воздухе оболочкой фиолетовой магии, пока моя шкурка шипела от многочисленных попаданий капель кислоты. Я оглянулась в сторону двери, где стояли Лакуна и Шиарс, аликорн держала меня, а единорог не давал веществу выбраться с кухни. Втащив меня в столовую, они немедленно стянули мою броню и омыли водой из бутылок. Затем достали картонные коробочки, собранные в кухне, и посыпали мои ожоги содержавшимся в них белым порошком. Практически сразу я почувствовала облегчение.
— Знаешь, а тут не так уж и плохо, — пробормотала я, ощущая адское жжение по всему телу. — Как только пробьешься через немертвых охранников, кислотных слизнемонстров и безумного смотрителя, оно покажется… все-таки, довольно ужасным, — нескладно закончила я и села. Глянув на Стигиуса и Психошай, я заметила, что их противорадиационные костюмы буквально распадались прямо на глазах. Лучше уж костюмы, чем их кожа… Хотя сама Рампейдж исцелялась, её броню сплошь покрывали ржавые пятна от соприкосновения с едким веществом. Моя совсем новая броня уже превратилась в хлам, но, к счастью, защитила мою шкуру. Сильвер Спун и Ксанти глядели на меня с беспокойством, сестра Грейвс с заботой, а во взгляде Шиарса ясно читалось отчаяние. Только Кэррион, казалось, был слегка раздражен пятнами от кислоты на своей силовой броне.
Мы еще даже не вышли с первого этажа, но уже были разбиты в пух и прах. Я сжевала банку с консервами и немного самоцветов, с облегчением заметив, что кончики моих пальцев восстанавливаются. Правда они выглядели бесцветными (подозреваю, что моему телу не особо нравилось восстанавливать части из одних только жестянок), но, вроде бы, работали нормально. Я перевела взгляд на свою серую переднюю ногу и открыла задвижку, скрывающую мой ПипБак. Черное устройство слегка облупилось по краям. Стойл-Тек, сделано на века. Нажав несколько кнопок, я вызвала на экран ЭП-1101 и медленно подняла голову к потолку, куда указывала маленькая навигационная стрелка. Я глянула на своих друзей и тех, кто следовал за мной. Психошай потягивала Антирадин, деля пакетик со Стигиусом, которому явно не нравился апельсиновый привкус.
Из-за меня они все умрут…
А файл лишь продолжал сиять. Дразнить меня. Следуй за файлом, Блекджек. Следуй за файлом. Найди ответы. Разузнай секреты. От меня требовалось лишь не останавливаться. Идти по следу до самого конца. Превозмочь. Победить. Победить любой ценой. Ставки сделаны. Двигаться вперед до самого конца…
Вопрос был в другом: сколько трупов я оставлю после себя. Я глянула на своих спутников, думающих и чувствующих пони, а не просто ответы на мои вопросы. Они последовали за мной сюда…
Неужели я становлюсь такой же, как Министерские кобылы? Такой же, как Голденблад?
Я на секунду закрыла глаза и глубоко вздохнула.
— Так. Хватит. Я заканчиваю с этим, — Я встала и закрыла панель на передней ноге.
— Что? — тупо отозвался мистер Шиарс.
— Мы ищем выход и убираемся отсюда. Сколько у нас осталось Антирадинов? Дюжина? — спросила я, обращаясь к сестре Грейвс. Гуль покачала головой.
— Меньше?
— Восемь, — тихо ответила она.
— Понятно. Значит здесь мы закончили. Я не собираюсь подвергать вас смертельной опасности ради собственных целей, — произнесла я, глядя на юг. — Мы вернемся в Митлокер, подлечимся и вернемся как-нибудь в другой раз. Нам не было известно о слизи, сосудах душ или надзирателе. Нам потребуются лучшее снаряжение и оружие. Я хочу привлечь Глори и П-21. Его гранаты и её лучевая винтовка — как раз то, что нам нужно. Вы сможете взять побольше талисманов, мы наскребем цистерну Антирадина и сделаем это как надо, — кивнула я. — Мы сможем пробраться снаружи, разобраться с турелями, уничтожить гулей и убедиться, что это место зачищено как следует.
— Ясно. — Пухлый гуль некоторое время молчал. — Боюсь, это неприемлемо, — спокойно проговорил мистер Шиарс.
Я застонала. Так и знала, что с этим будут проблемы.
— Слушай, ну что тебе еще один месяц? Ты же два столетия ждал этого момента.
— Я не собираюсь ждать ни часа, — угрожающе низко проворчал мистер Шиарс. — Я отказываюсь.
Рампейдж нахмурилась и закатила глаза.