Тут я оказалась в небольшой нише и, оглядевшись, заметила ещё одну массивную дверь, вроде той, что вела в арсенал, только возле этой были два монитора. Отодвинувшись назад, насколько возможно, я прокашляла что-то вроде «держитесь» или «отцепитесь» и из последних сил подняла ракетницу. Сосредоточившись, я прицелилась в дверь и магией вдавила пуск. Ракета издала мягкое «пуфф», выскочила из дула, а затем вспыхнула с коротким свистом. Спустя полсекунды последовал взрыв, осыпавший меня мусором. Кашлянув, я проморгалась, чтобы посмотреть, что взрыв…
Не сделал ничего. На двери остался только тлеющий мазок копоти и несколько царапин по центру. То ли я была слишком близко, то ли дверь, как мы и опасались, была рассчитана на любое вооружение, имеющееся в тюрьме. Я опёрлась о ворота, которые с тем же успехом могли быть стеной, задыхаясь, борясь с тошнотой и пытаясь добыть немного воздуха, чтобы подумать. Чтобы выиграть время, я потянула к себе остальных одного за другим, пока не посчитала всех. Мы должны были что-то сделать. Найти какой-то ход внутрь… но внутри были только надзиратель и Снэйлс… и я сомневалась, что у Снэйлса есть доступ к монитору.
Значит оставался надзиратель… надзиратель, который вероятно наблюдал, как мы задыхаемся перед его дверью, довольный от того, что очередная инспекционная группа обломалась. Но как, чёрт возьми, я должна была заставить его впустить меня? Даже Сильвер Спун виделась мне смутным пятном. Мне нужно было нечто большее, чем мы, умирающие здесь… что-то, что заставит его хотя бы заговорить с нами…
Надзиратель будет кипятком ссать от злости…
Поднявшись на копыта, я подошла к паре мониторов. Камера немедленно сфокусировалась на мне.
— Надзиратель Хоббл! — рявкнула я в камеру, едва слыша себя за непрерывным рёвом пламени.
Левый экран замерцал. Появилось обугленное лицо тюремщика. Он выглядел явно удивлённым.
— О, вы ещё здесь? Я думал вы все… в безопасности, в оружейной.
В дыму послышалось гудение часовых:
— Обнаружены нарушители. Пожалуйста, предъявите удостоверение или будете уничтожены.
— Ах. Ну, что ж поделать. Теперь, если вы не возражаете, мне нужно вернуться к управлению тюрьмой. — никаких сомнений, он был не в себе.
— Кингпин сбежал, — прокашляла я, глядя в камеру. Обгоревший гуль замолчал, затем посмотрел на меня долгим, спокойным взглядом.
— Прошу прощения? — я потянулась и, ухватив Блоссомфорф, поставила её перед камерой и мониторами.
— Это правда, сэр, — крикнула пёстрая пегаска. — Шесть камер сверхстрого режима пусты — я с тревогой взглянула на второй монитор. Был ли Снипс всё ещё там? Пожалуйста… прошу, будь там.
— Какие именно… это… я был бы уведомлен… — запинаясь, забормотал надзиратель глядя в сторону и снова на меня. Я видела, как расширились его глаза. — Ни один пони не сбегал из Хайтауэра. Ни один! — выпалил надзиратель, подкрепляя слова ударами копыт.
— Открой дверь, и я предъявлю тебе доказательства этого. Может быть, ты всё ещё сможешь поймать их, — сказала я, краем уха услышав шум колес приближающихся часовых.
Надзиратель Хоббл уставился на меня и я почувствовала, будто бы прошла целая вечность.
— Ох, ну ладно. — Что-то зашумело, и под монитором тюремщика зажглась лампочка. — Оружейная, впусти их.
Ничего. Я смотрела то на маленькую лампочку, то на пустой монитор. Нет… пожалуйста, будь там… Пожалуйста, Снипс…
Ничего.
И тогда свет вспыхнул, послышался шум, и тяжелая металлическая дверь со свистом открылась. Прохладный поток воздуха, дал нам верное направления движение: вверх по лестнице. Десять секунд спустя мы оказались наверху, и дверь с треском закрылась за нашими спинами. Большинство из нас, и гули и пони, просто рухнули на пол. Психошай приглушенно прохрипела и упала рядом со Стигиусом. Я подозревала, костюм Ксанти в том, что только благодаря ему зебра держалась в вертикальном положении. Рампейдж выкашляла нечто напоминающее деготь. Я хотела сделать то же самое… но не сейчас.
Я пошатываясь поднялась на моих трех ногах, и проковыляла вверх по лестнице. Воздух на уровне надзирателя был туманным, но гораздо более пригодным для дыхания, чем воздух на нижних уровнях. Я пробралась туда, где лестница открыла вход в комнату охраны. Два часовых лежали на полу деактивированные. Турели по углам комнаты были также неактивны. Это сделал надзиратель, или кто-то еще? Тут же, в стороне, находилась металлическая дверь, и я толкнула её, открыв терминал безопасности, идентичный тому, что был ниже в оружейной. Большой центральный монитор показывал пылающий пожар. Я посмотрела на контрольную панель и нашла переключатель, который обозначался как «фокус камеры». Я ударила его несколько раз и увидела, как изображение на мониторе сменилось снова и снова.