— Я не пыталась! — запротестовала Скотч, высунувшись из-под дежурившего над ней огненного феникса.
— Точно. Скотч не пыталась, — поправилась я, пожав плечом.
ЛитлПип почесала подбородок.
— Вот я сейчас подумала, почти все мои друзья тоже пытались меня убить…
Рампейдж захохотала.
— Эй! Мы могли бы устроить клуб «Пытавшихся убить своих лидеров»!
— А мне вступить можно? — поинтересовалась я.
Полосатая кобыла кивнула.
— Конечно, Блекджек! Ты пыталась убить себя больше, чем кто-либо другой!
ЛитлПип, Рампейдж и я захохотали, а чёрная единорожка, запинаясь, пробормотала:
— Это… это ненормально! — она взглянула на синего жеребца, указав на меня и ЛитлПип.
П-21 лишь кивнул и спокойно ответил:
— Да, Вельвет. В Хуфе все такие. — Он повёл её в сторону. — Просто думай о ней, как о жеребёнке, уроненном на голову… несколько раз.
— И про свинцовую краску не забудь! — я крикнула им вслед и поймала на себе взгляд ЛитлПип. — Что? Классная штука.
ЛитлПип покачала головой.
— Блекджек, ты такая… непредсказуемая! — я улыбнулась, когда мы подошли к Лакуне, а Рампейдж ускакала поболтать с Вельвет. Фиолетовый аликорн спокойно взглянул на неё, и ЛитлПип выдавила небольшую улыбку. — Привет.
— Здравствуй, — телепатически сказала она, отчего грива ЛитлПип встала дыбом.
— Э, я рада с Вами встретиться! До свидания! — сказала она, разворачиваясь, но я её поймала.
— Она тебя не съест, — вежливо скалаза я.
— Да ну? Вообще-то, я знаю, — сказала она, как будто пытаясь себя успокоить. Она медленно развернулась и глубоко вздохнула. — Привет. Лакуна… верно? Это же твоё имя?
— И имя тоже… — тихо ответила Лакуна. — Лакуна — это то, что я есть. Нечто недостающее.
ЛитлПип сконфуженно нахмурилась.
— Что-то недостающее тебе?
— Недостающее другим, — загадочно сказала она. Я закатила глаза.
— Лакуна — это куда Богиня складывает все мысли и воспоминания, которые ей в Единстве не нужны. Очевидно, из душ и разумов тысяч пони, смешанных вместе, выделяется много вины и тоски. Не желая с ними считаться, их изгоняют.
— Все в одной пони? — спросила ЛитлПип с ноткой беспокойства. — А как ты… в смысле… я думала…
— Что я буду ужасным монстром? — тихо спросила Лакуна. — Таким же, какими ты считала всех встреченных тобой аликорнов?
ЛитлПип поморщилась.
— Ну, ты помогала Красному Глазу и пыталась убить меня…
— Красный Глаз был первым, кто когда-либо предлагал нам помощь. Ты в Эппллузе пыталась помешать его планам. Мы должны были отказаться от его преданности и предать его? — спокойно ответила она, глядя вниз на ЛитлПип.
— Эм… да? — сказала ЛитлПип с виноватой улыбкой. — В смысле… всё, что он натворил…
— Он был первым представителем власти, который решил с нами работать. Мы не желаем сохранять рабство. Мы пытаемся спасти род пони в Единстве. Мы пытались посылать наших священников и новообращённых, но они были атакованы и убиты всеми возможными способами. Нас атаковали, только завидев, очень многие поселения.
— Вы не… вы не можете просто сидеть и пытаться мне объяснять, что вы здесь жертвы! Вы вынуждаете пони присоединяться к Единству!
— Позволишь ли ты кому-нибудь, кто тебе дорог, умереть, потому что он отказался принять лекарство, которое его излечит? — спокойно ответила она, отчего ЛитлПип отступила назад. — Ты уничтожаешь врагов и угрозы для выживающих в Пустоши, но задерживаешься ли ты, чтобы убедиться, что они не будут через месяц голодать? Или не умрут через три недели от жажды? В Единстве мы преобразуем пони в форму, которая не испытывает голод или слабость в этом мире. Мы храним их души в нас. Ты можешь так же?
— В вас? — шокировано пробормотала ЛитлПип. — В смысле… вы запираете их души внутри?
— В нас, мы терпим. Они не испытывают боль. Они навсегда отгорожены от смерти — тихо проговорила Лакуна и закрыла глаза.
ЛитлПип поморщилась, выглядя сконфуженно и немного виновато.
— Думаю, мне нравилось больше, когда вы просто пытались меня убить.
— Ты нам помогаешь, — невозмутимо сказала Лакуна, казалось, она поёжилась. — Неохотно. Вынужденно, наверное. Но помогаешь нам. С твоей помощью мы остановим Красного Глаза, покончим с рабством, и прекратим страдания всех пони в Пустоши.
Пока она говорила, вокруг нас собрались наши друзья.