Лера подняла на него удивлённый взгляд:
— Ты действительно об этом думал?
— Я тщательно продумываю все свои решения, Валерия, — спокойно ответил он. — И, если уж я беру на себя ответственность за ребёнка, я делаю всё необходимое.
По пути домой Лера размышляла о том, как преподнести новость Василисе. Нельзя сказать всю правду — в четыре года дочь просто не поймёт концепцию фиктивных отношений. Но и откровенно врать не хотела.
Дома Василиса встретила её с обычным энтузиазмом, бросившись в объятия с криком:
— Мамочка! Мы с бабулей Линой сделали тебе сюлплиз!
Марина Степановна стояла в дверях кухни, хитро улыбаясь:
— Не выдавай все секреты сразу, Василёк.
Лера позволила дочери затащить себя на кухню, где на столе красовался пирог, украшенный ягодами.
— Ты сама это сделала? — восхитилась Лера, присев рядом с дочерью.
— Почти сама! — гордо заявила Василиса. — Бабуля Лина немножко помогла с духовкой, потому что она голячая и можно облечься.
— Обжечься, милая, — автоматически поправила Лера, целуя дочь в макушку. — Какая ты у меня молодец!
После ужина, когда Василиса была уже в пижаме и готовилась к вечерней сказке, Лера поняла, что момент настал. Она усадила дочь рядом с собой на кровать, обнимая её за плечи.
— Васенька, мама хочет рассказать тебе что-то важное, — начала она, тщательно подбирая слова. — Помнишь моего начальника, о котором я тебе рассказывала?
— Дядю Стаса? — серьёзно уточнила Василиса.
Лера улыбнулась:
— Да. Так вот, дядя Станислав... он предложил нам пожить в его доме.
Васька удивлённо округлила глаза:
— Почему?
Лера глубоко вдохнула:
— Понимаешь, малыш, когда взрослые люди нравятся друг другу, им хочется проводить больше времени вместе. Станислав... я ему нравлюсь, и он мне тоже. И он хочет, чтобы мы жили вместе — ты, я и он. Чтобы он мог заботиться о нас.
— Как семья? — проницательно спросила Василиса.
— Что-то вроде того, — осторожно ответила Лера.
Василиса задумчиво нахмурила свой маленький лобик. Затем вдруг спросила, совершенно огорошив Леру:
— Он будет моим новым папой?
Лера замерла. Этого вопроса она боялась больше всего. Несколько раз Василиса уже спрашивала про отца, а Лера отвечала, что он уехал далеко-далеко. Эта полуправда-полуложь всегда царапала совесть, но Лера не знала, как сказать дочери, что её отец просто не знает о её существовании, потому что она сама стала предметом жестокого спора.
— Нет, милая, — она погладила дочь по голове. — Он будет... другом. Очень хорошим другом, который будет заботится о тебе.
— А если он полюбит тебя, то будет моим папой? — настаивала Василиса, внимательно глядя на мать.
Лера почувствовала, что ходит по тонкому льду. Она не хотела давать дочери ложных надежд, но и отнимать их полностью тоже не могла.
— Это сложнее, чем кажется, милая. Взрослые отношения — очень непростая вещь. Но Станислав хороший человек, и я уверена, что вы подружитесь.
Василиса задумалась, потом вдруг заявила с детской непосредственностью:
— Я бы хотела, чтобы он был моим папой. Миша говолит, что папы водят в зоопалк и на плогулки. И помогают стлоить домики из лего.
Лера притянула дочь к себе, обнимая и чувствуя, как к горлу подступает комок. Право каждого ребенка — иметь отца, которого Василиса была несправедливо лишена.
— Знаешь что, — Лера отстранилась, вытирая небольшую слезинку, выкатившуюся из уголка глаза. — Давай сейчас не будем забегать вперед. Сначала переедем, освоимся, познакомимся со Станиславом поближе. А потом посмотрим, как всё сложится. Идет?
— Идет, — кивнула Василиса. Потом её личико озарилось внезапной мыслью. — А у него есть басейн? У Миши папа сделал маленький басейн во дволе.
Лера с облегчением подхватила новую тему:
— Да, у него большой дом и есть настоящий большой бассейн. И сад, где ты сможешь играть.
— Класс! — Василиса подпрыгнула на кровати. — И у меня будет своя комната? Большая-большая?