— Мирных звезд, лия. Я капитан крейсера «Норфаринг» Кайр дин Нирот, а это наш командор Вис дин Ошер.
— Здравствуйте. Хочу сразу поблагодарить вас за мое спасение, — произнесла я, а сама продолжила аккуратно наблюдать за ними, — сан Миар сообщил, что вы хотели со мной поговорить.
— Да, прошу.
Капитан предложил присесть за одним из столов, что находился чуть в отдалении, услужливо отодвинув для меня кресло. Сам же остался стоять напротив. За стол со мной сел только командор. «Видимо, это его рабочее место», — подумала я и с непониманием уставилась на капитана.
— Лия Степанида. Крейсер «Норфаринг» является военным судном, и ваше появление здесь для нас — незапланированное явление. Мы сняли с вас отпечатки пальцев, чтобы узнать вашу личность и связаться с родственниками, но вы, как сами понимаете, ни в одной системе не зарегистрированы. Я доложил о сложившейся обстановке командованию, которое, в свою очередь, приказало допросить и, при необходимости, зарегистрировать вас в системе империи Норман как ее гражданина.
— Я поняла вас, дин Нирот.
— Ну, раз так, то, пожалуй, начнем.
— Начнем, — улыбнулась мужчинам и откинулась на спинку кресла.
После моего согласия передо мной была поставлена какая-то странная коробочка. Командор, запустив в нее руку, вынул двух существ, похожих на тарантула, и протянул мне. От одного вида таких огромных насекомых мне стало плохо, и я побледнела.
— Не бойтесь, лия Степанида. Это симбиоты, они необходимы, чтобы определить, говорите вы правду или нет. Они совершенно безопасны и не причинят вам вреда, — глубокий бархатистый голос сан Миара обволакивал сознание, — а теперь успокойтесь и расслабьтесь. Как только командор установит их на ваших висках, вы почувствуете только небольшое покалывание.
Детектор лжи, значит. Ну и пусть, потерпеть немного можно. Я судорожно вздохнула и кивнула в знак согласия.
Дин Ошер аккуратно приложил симбиотов к моей голове. Вначале я их почти не чувствовала, но следующее резкое жжение в висках свидетельствовало об их активации.
Командор сел в свое кресло напротив меня и активизировал голографическую панель на своем планшете.
— Готова? — вывел меня из состояния паники голос сан Миара, и я кивнула. — Умница. Давай быстренько ответим на вопросы этих военных и пойдем на смотровую площадку любоваться звездами! — предложил док, явно отвлекая от процесса.
— Как ваше имя? — задал вопрос командор, при этом что-то настраивая на своем столе. Он задал его таким образом, что я не сразу поняла, что допрос уже начат.
— Степанида. Климова Степанида Андреевна.
— Место рождения?
— Не знаю.
На мой ответ симбиоты слегка нагрелись, но сразу же пришли в норму. А что? Я не знаю, где и в каком городе родилась, меня младенцем подбросили в детский дом. Я не соврала, отвечая на вопрос.
— Дата рождения?
— Не знаю, — вновь ответила отрицанием, — но восемнадцать мне точно есть.
Я посмотрела в глаза командору, которые были огромными, словно блюдца.
— Что? — не поняла их реакции.
— Да ты еще младенец! — воскликнул док. — Да как тебя родители-то отпустили?
Как? Да никак! У меня их просто нет!
— Я сирота. О родителях и родственниках ничего не знаю.
— Ну, а где находится твоя планета, помнишь? — это уже вопрос от капитана.
— Нет.
И я опять не соврала. Я не знаю, в какой точке вселенной сейчас нахожусь и тем более не знаю, в какой стороне света сейчас моя родная земля.
— Так, ладно. А как вы попали на станцию, можете рассказать?
Кивнула в знак согласия. Эти данные скоро и так станут общеизвестными, и скрывать их не имеет смысла. Я рассказала им все: как очнулась на борту орканов, их планы и исследования, попытки осеменения и последующую продажу хмерам. Поделилась информацией о жизни на корабле и о своем статусе лиры. Многое из того, что было мной поведано, вызывало шок на их лицах. Особенно командора заинтересовала информация о рабах и их необходимости в жизни хмера. Судя по обращенным ко мне лицам, об этой части жизни хмеров никто не знал и даже о таком не предполагал.
— Ну, а то, что было после, вы уже знаете, — окончила свое повествование.