Ключевое пока.
Девочки потихоньку собираются обратно за стол. Мэри уже пьяная, её качает, она берёт гранёный стакан — почти пустой, с виски и вишнёвым соком — и протягивает мне:
— Выпьём за тебя и твою силу воли. Чтобы ты никогда не вернулась к Эрику и мы могли прогулять нашу молодость достойно.
Я поднимаю бокал в ответ, улыбаюсь:
— Аминь.
Выпиваю залпом.
Возле нашего стола уже собрался целый рой мужчин. Они всегда вьются вокруг Тори — высокая, эффектная брюнетка с пышной грудью и формами, которые идеально сочетаются с её большими глазами, пухлыми губами и аккуратным носиком.
Такое ощущение, что она сошла с обложки глянца и заглянула к нам, простолюдинам, просто выпить бокал виски.
Она с иронией отмахивается от парней:
— Отвалите!
И, усевшись рядом с Мэри, выкрикивает сквозь музыку:
— Если хотите продолжения — нас зовут в бар неподалёку!
Я смотрю на Герду. Та, смеясь своим заливистым, саркастическим смехом, указывает на меня пальцем:
— Ты видишь её щенячьи глазки? — орёт Торе в ухо. — После ссоры с Эриком она либо поедет к нему, либо домой. На большее у неё духа не хватит!
Я закатываю глаза. Укол в самолюбие. Противный, колкий. Но в ответ во мне вскипает азарт.
Протискиваюсь между диваном и столом:
— Не слушай её. Она по себе судит. За ней сейчас приедет Мэтью — и она хочет затащить меня с ними, чтобы они снова не начали выяснять отношения.
Как будто я когда-то мешала им это делать. Наоборот — кажется, Мэтью даже заводило, когда рядом кто-то есть. Свидетель, перед которым он может тешить своё эго.
Я промолчала. Оставила всё это при себе.
После ещё одного — третьего — бокала мои ноги стали ватными. Каблуки больше не давили на мизинцы, но удерживать высоту шпильки на ходу становилось всё сложнее. Эта обувь превращалась в опасную игрушку.
Музыка эхом била по вискам, звон в ушах становился невыносимым. Сознание плывёт. И единственное, чего я хочу — написать Эрику: "Забери меня домой."
Но не успеваю.
На лестничной площадке врезаюсь в кого-то, почти падаю на колени. Он ловит меня. Я чувствую знакомый сладкий парфюм — тошнотворный до судорог. Поднимаю глаза. Уже знаю, кто это.
Мэтью. Во всей своей "красе".
В целом — не урод. Высокий, светло-каштановые волосы, зелёные глаза. Но внутри — голодная жажда власти. Он всегда стремится контролировать всех вокруг.
— Привет, — произносит с кривой ухмылкой. — Смотрю, вы уже накидались.
Я выпрямляюсь, стараясь говорить трезво:
— Это ты влетел в меня, между прочим. Так что спорный вопрос.
— Герда там? — почти рычит он, и в его взгляде вспыхивают искры злости.
Я киваю в сторону зала. Он разворачивается и уходит.
Поднимаю глаза — на лестнице Тед. Его верный хвост. Всегда с ним.
Он спускается, не отводя с меня пошлого взгляда:
— Привет.
Я нехотя киваю. Отталкиваюсь от стены — больше не могу находиться внутри. Меня мутит от одного вида Теда. Но сдерживаю позыв. Пролетаю по лестнице на улицу, даже не глядя, куда он пошёл.
Снаружи — звёздное небо, ни облачка. Полнолуние. Я вдыхаю глубоко, грудью. Чувствую, как расслабляюсь.
Первый настоящий вдох за долгое, слишком долгое время. Может, с тех пор, как поссорилась с Эриком. А может — и раньше. Когда я в последний раз чувствовала спокойствие?
Начинает светать. На горизонте уже сереет.
Я достаю сигарету, лопаю капсулу и делаю глубокую затяжку. Выдыхаю с закрытыми глазами.
— Красивая сегодня, — вдруг звучит за спиной.
Я вздрагиваю от голоса. Тед. Всё-таки пошёл за мной. Сколько он стоял там, в темноте? Просто пялился?
У меня перехватывает дыхание. Мурашки. Я скукоживаюсь, не разобрав, что он сказал.
— Что ты сказал? Повтори.
Он подходит ближе, накидывает мне на плечи свой пиджак. Я смотрю на него, слегка наклонив голову, ожидая продолжения.
— Красивая, — повторяет он, будто гордится этим откровением.
Я киваю. Безразлично.
И тут же — как будто ничего не было — он начинает допрашивать:
— Слышал, вы с Эриком опять расстались. На этот раз окончательно?
— Не твоё дело, — режу, не давая ему цепляться за мою боль.
— Ай, я же просто спросил. Что такого?
— Я ведь не спрашиваю, сколько сантиметров у тебя член. Вот и ты в душу не лезь. Мы не друзья, чтобы обмениваться любезностями.
— Почему ты всегда такая?
— Какая?
— Сука.
— Такая, какая есть. Потому что ты, Тед, часто ведёшь себя как козёл.
Я делаю последнюю затяжку, бросаю окурок на асфальт. Снимаю его пиджак и ухожу вниз по лестнице. Главное — не споткнуться. Ноги еле держат.