– Не считая поцелуя с тобой? – Он улыбнулся. – Ничего такого не припоминаю. Джо, я взрослый мужчина.
– Но я на десять лет тебя старше.
Он покачал головой:
– Наш возраст не имеет значения. Ты красивая.
– У тебя, случайно, нет фетиша? Эдипова комплекса?
– Я же сказал, ты совсем не похожа на мою мать. Ты вообще не похожа на знакомых мне матерей.
Он начал расстегивать ее платье. Водил пальцами по ее декольте, между грудей. Нежно целовал ее губы и подбородок, шею. Джо беспомощно запрокинула голову, тело била дрожь.
– Наверное, я тоже смелее в сообщениях, – прошептал он ей на ухо. – Но, возможно, мы можем стать смелыми вместе.
– Как?
Он усмехнулся.
– Давай займемся тем, что ты хотела сделать, в точности так, как ты об этом говорила.
– Не знаю, смогу ли я…
– Я помню каждое слово. Почему бы тебе не начать расстегивать на мне рубашку?
Она нервно рассмеялась.
– Тут нет пуговиц.
– Тогда просто сними ее.
Маркус пристально смотрел на нее, на его губах все еще играла улыбка. Его завораживающие голубые глаза, намек на щетину на подбородке… Комната была полупустой, без особенностей. В ней могло произойти что угодно.
– Я хочу, чтобы ты это сделала, – прошептал он. – Я правда этого хочу.
Джо сглотнула и обеими руками взялась за край его футболки. Она уже раздевала людей. Мужчин. Но не так смело, не обсуждая процесс, не днем, когда могла все увидеть и ее можно было разглядеть полностью.
Она стянула его футболку через голову. Он поднял руки, чтобы помочь ей, и она увидела там темные волосы. Джо не знала, что делать с футболкой, поэтому отдала ее Маркусу, который бросил ее на пол.
Он больше не улыбался. Он выглядел очень серьезным.
– Потом ты сказала, что хочешь потрогать меня, – продолжил он.
Она протянула руку. Пальцы не слушались. Она прикоснулась к его голому плечу – под гладкой теплой кожей чувствовались мышцы. Ее рука медленно скользила вниз. У него на груди почти не росли волосы. Она коснулась выдающегося нежного соска, ребер. Его твердый живот подрагивал. Она провела кончиком пальца по пупку.
– Потом я сказал, что хочу тебя раздеть.
Так он и сделал, пуговица за пуговицей. Платье соскользнуло с ее плеч и упало рядом с футболкой. Он не целовал ее, просто смотрел. Потом расстегнул и снял с нее бюстгальтер. Опустившись на колени, он стянул с нее трусики.
Джо едва дышала. Щеки горели румянцем. Она посмотрела на себя вниз и увидела обвисшую бледную кожу на животе, след от бюстгальтера. Она видела курчавую голову Маркуса на уровне своего бедра, чувствовала его дыхание, гадала, поцелует он ее или коснется, возьмет ли все в свои руки, чтобы ей не пришлось ни о чем думать.
Он поднялся. Осмотрел ее с головы до ног, и Джо еле сдержалась, чтобы не начать извиняться. За ней было зеркало – она заметила его, когда они вошли в комнату. Она не будет туда смотреть, лучше попытается увидеть свое отражение в его глазах.
Она видела, как двигался его кадык, когда он сглатывал.
– Теперь, – сказал он охрипшим голосом, – ты хотела толкнуть меня на кровать.
Она это сделала. И села сверху, упираясь ладонями ему в плечи. Она чувствовала его напрягшееся тело и продолжала смотреть ему в лицо. В глаза, которые он не отвел ни разу.
Позже, намного позже, она, одетая в его футболку и кружевные трусики, спустилась на первый этаж. Ее ноги болели, кожа впитывала удовлетворение. Джо взглянула на свое отражение в зеркале, когда выходила из комнаты: покрасневшие щеки, спутанные волосы.
Маркус отправился в кухню ставить чайник, а она проверила телефон в сумочке, которую бросила на пол у входной двери, и пошла в гостиную. Как и во всем доме, там были белые стены и ковер нейтрального цвета: стандартный пустой интерьер нового дома. Здесь стояли мягкий диван и поцарапанный кофейный столик, заваленный папками с работами учеников, телевизор и стереосистема с проигрывателем. Диск, который он слушал, когда она пришла, давно закончился. Возле дивана стояла большая картонная коробка, заполненная, по всей видимости, газетами. Она потянулась к ней, чтобы посмотреть, что внутри, но остановилась.
– Там фотографии, – сказал он, войдя в комнату. – У меня еще не было времени их повесить. – Он протянул ей одну из кружек. – Твой чай. Наконец-то.
– Думаю, то, чем мы занимались наверху, нравится мне больше чая.
Джо устроилась на диване, Маркус присел рядом и обнял ее за плечи. На нем были только трусы-боксеры, и она не могла удержаться от соблазна провести ладонью по его бедру.
– А где дети? – спросил он. – С отцом? Я был слишком отвлечен, чтобы спросить.
– С Хонор. Моей свекровью. Она еще не звонила, поэтому я полагаю, что все в порядке.