Мне отовсюду мерещатся странные звуки, пока я иду из кухни в прихожую. За окнами сильно воет ветер, слышится посторонний скрип. Мои нервы на пределе – я думаю о том, что сейчас же найду сумочку, ключи от автомобиля и уеду отсюда вне зависимости от того, как скоро починят электрику.
В прихожей ещё темнее, чем на кухне – сюда не пробивается даже лунный свет. Я шарю руками по пустоте, пытаясь найти злополучный шкаф, куда сунула сумку, но тщетно. Он словно растворился в темноте. Сердце ухает в грудной клетке, когда я слышу за дверью отчётливые шаги. Здесь кто-то есть! И этот кто-то стоит прямо за моей дверью. Когда во входную дверь стучат, мои нервы не выдерживают, и я громко кричу. Так громко, что закладывает уши. Надеюсь на то, что пришедший решит, что в доме живёт сумасшедшая и по-быстрому свалит отсюда.
- Альбина, открой, это я, - слышится требовательный голос Ильи за дверью.
Я перестаю орать и громко выдыхаю. Дрожащими руками открываю все замки, дергаю дверь и, заметив при лунном свете знакомый силуэт, бросаюсь к Громову на шею. Слёзы катятся по щекам, нервы накалены до предела. Я боюсь только, что мой страх мог передаться ребёнку и навредить ему.
- Я так испугалась, Илья, - всхлипываю и тут же ощущаю, как теплая ладонь нежно гладит мои волосы. – Господи, если бы ты только знал, как сильно я испугалась.
- Тихо-тихо, не плачь, - слышу совсем близко его низкий бархатный голос. - Я знаю, Кудряш. Я знаю.
Глава 11.
Илья.
- Как думаешь это надолго? – спрашивает Альбина, принимая у меня из рук чашку с горячим чаем.
Мой дом, точно, как и особняк Игнашевых, обесточен. Весь наш посёлок и два соседних не имеют доступа к электричеству из-за разбушевавшейся непогоды с сильным порывистым ветром и снегопадом.
- Охрана сказала, что минимум до утра, - сажусь рядом с Кудряшовой на диван в гостиной и даже в полумраке, при свете аккумуляторного фонаря и свечей, замечаю, как резко она вздрагивает.
Вообще Альбина достаточно гармонично смотрится в моей гостиной. Нежная, хрупкая и немного испуганная. Укрытая теплым пледом и то и дело оглядывающаяся по сторонам, словно у неё за спиной могут находиться чудовища. Меня до сих пор умиляет её страх перед темнотой - тут же хочется прижать её к себе, укрыть и защитить перед всем миром.
- Надо было мне ослушаться Романа и сразу же остаться ночевать в городе, - вздыхает Кудряшова.
- Он тебя вынудил? – удивляюсь я.
- Попросил, - поправляет с легким укором.
Альбина скидывает с себя плед и поднимается с места, отставив чашку на журнальный столик. Подходит к окну, отодвигает штору и выглядывает на улицу.
- Я вернусь в город. Уверена, что там всё в норме, - произносит, стоя ко мне спиной. – Осталось только ключи от машины найти и мобильный.
Когда я пришёл к ней в дом, она была так напугана, что выскочила из особняка абсолютно без вещей. Я только и смог, что накинуть на неё свою куртку, уговорив завернуть ко мне. Куда она собиралась бежать в снегопад осталось для меня загадкой.
- Альбин, даже не думай – я не отпущу тебя одну. Сегодня вечером объявляли штормовое предупреждение.
- Чёрт, - тихо ругается она, возвращаясь на место и вновь укрываясь пледом. – Тогда отвези меня ты, Илья. Пожалуйста.
- Вожу я, конечно, хорошо, но не стану рисковать твоей жизнью, - отрицательно мотаю головой. – Ты же видела, что творится на улице.
- Хорошо, давай подождём, пока всё наладится, - соглашается Альбина, глядя мне в глаза. – И ты тут же меня отвезешь, ладно?
Я киваю в знак согласия и откидываюсь на спинку дивана. Мне приятно рядом с ней находиться. Настолько, что хочется, чтобы непогода за окном никогда не заканчивалась.
- Расскажи мне о себе, Илья, - просит Альбина, удобнее располагаясь на диване. – Чем ты жил эти годы?
- Работой, - отвечаю, не задумываясь. – После моего отъезда из Москвы я возглавил «Наш алюминий», через три года выкупил половину процентов акций, а в прошлом году стал единственным владельцем объединенной компании «NYSE».
- Это я знаю, - произносит Альбина и тут же смущается. – В смысле не подумай, я не следила за тобой. Твоя мама мне всё рассказала.