Забравшись в душ долго намыливаю себя гелем для душа. Наверное, у всех матерей существует такая же паранойя, как и у меня – под струями воды я отчётливо слышу детский плач. Выключаю воду и убеждаюсь в том, что мне не показалось. Быстро обтираю тело полотенцем и, облачившись в домашнее платье, пулей вылетаю из ванной комнаты.
Беру дочку на руки, успокаиваю и ритмично качаю. Знаю, что она совершенно точно не голодна, поэтому не спешу прикладывать к груди. Возможно, это колики или сон плохой приснился.
Спустя минуту дверь в детскую открывается.
- Успокоилась? – спрашивает озадачено Ромка. – Помощь нужна?
- Нет, я сама справлюсь.
- Ладно. Спокойной ночи, Альбина.
- И тебе, Рома.
Он закрывает за собой, заставляя меня в очередной раз почувствовать себя законченной эгоисткой. Возможно, виной всему то, что я слишком мало времени провожу с малышкой, поэтому всеми возможными способами её от себя не отпускаю. Мне действительно нужно было решится на ЭКО – быть единоличной родительницей было бы гораздо проще.
***
- Готова? – Рома критично осматривает мой наряд и просит навести губы сильнее.
Он любит макияж поярче, а я с материнством к нему остыла. Навожу красной помадой губы и ещё раз показываюсь Игнашеву. Под его пристальным взглядом становится не по себе – после родов я не до конца привела себя в форму. Тело кажется не совершенным, даже в плотном белье.
- Да, так гораздо ярче, - произносит он взволнованным голосом. – Поехали, мы и так опаздываем.
Всю дорогу к торговому центру он заметно волнуется – мероприятие действительно значимое даже для столицы. Я успела прочитать, что общее количество гостей, приглашенных на этот вечер составляет больше пятисот человек.
Когда мы заходим в ярко украшенный зал, то даже мне становится не по себе. Я не привыкла к такому вниманию, ко вспышкам фотокамер и заинтересованным взглядам журналистов.
- Роман, это твоя супруга? – спрашивает какой-то пухлощекий мужчина с бокалом виски в руках.
Он крепко пожимает руку мужу и берёт мою ладонь, чтобы поцеловать. Жест достаточно интимный, но, тем не менее, я не одергиваю руку, а дружелюбно улыбаюсь пухлощекому в ответ.
- Да, Андрей, познакомься, это моя супруга Альбина. Она хирург, - произносит с гордостью Ромка.
Вообще-то мы так и не стали супругами. Не поженились только потому, что всю беременность я почти не вылезала из больниц, а с появлением малышки было жаль свободного времени для таких формальностей как законный брак.
- Хирург? – брови Андрея ползут от удивления вверх.
Я уже привыкла к подобной реакции, поэтому позволяю Ромке ответить вместо себя.
- Да, работает в первой городской больнице. Отличный специалист и прекрасная женщина, - смущаюсь, потому что давно не слышала в свою сторону подобных комплиментов. Особенно от Романа.
- Надо же, - цокает пухлощекий. – Очень и очень любопытно.
Мужчины продолжают разговаривать о чем-то своем, а я оглядываюсь по сторонам и разглядываю разношерстную публику. Когда мой взгляд скользит по знакомой широкоплечей фигуре, то тело словно пробивает током. Илья тоже здесь, и он смотрит чётко в нашу сторону. Взгляд невозмутимый и открытый. В его руках тоже находится бокал виски со льдом, и он слегка приподнимает его вверх в знак приветствия.
Прошло целых восемь месяцев с тех пор как мы не виделись. Возможно, это было к лучшему – я всё же доносила свою малышку и воспроизвела её на свет без прочих нервов и стрессов, которые были для меня противопоказаны. Рождение Вики далось мне непросто, и кто знает, чем бы всё закончилось, если бы я не разорвала с Громовым связи.
Помню, как после рождение дочери мне в палату принесли ирисы. Без подписи и имени отправителя, но я сразу же догадалась от кого именно прислан этот шикарный букет.
Глава 18.
Альбина.