– Потому, что они слишком прекрасны для людей. – Казалось, что женщина и не рассчитывала вести беседу, а просто сделала небольшую паузу между мыслями. – Я догадываюсь, кто поручил тебе украсть мою дочь. Догадываюсь, зачем. Мне также известно, что у тебя был помощник, но… – Мельпомена резко обернулась. Подол её накидки разметал в разные стороны лежащие на полу тёмно-синие лепестки. – Но я не в состоянии понять, почему ты согласилась принять участие в этом.
Лейра приподняла голову и с вызовом посмотрела в сторону музы. Прежняя покорность в зелёных глазах уступила место дерзости.
– Не понимаете? - всё так же тихо начала говорить виновная. – Девочка не должна находиться здесь. Это уже обсуждалось. Но вы.… Ослушались.
Было заметно, как тяжело даётся ей обращение на «вы» к женщине. Особой любви к своей собеседнице Лейра никогда не испытывала. Даже искренне ненавидела молодую мать. Но власть Мельпомены заставляла держать свои эмоции внутри.
– А украсть ребёнка, как я вижу, показалось тебе наиболее верным решением, да? Впрочем, это уже не важно… – было добавлено с долей раздражения.
Муза в задумчивости остановилась у статуи. Пальцами она провела по пыльному постаменту, оставляя светлую толстую полосу на оном.
– Знаешь, я всё равно её отыщу, хотите вы все этого или нет. – Снова обратилась женщина к Лейре.
– Девочка в хорошем месте.
– Не в лучшем, чем рядом с матерью!.. Хватит. Мне надоело тебя слушать.… Заберите её. – Бросила в темноту Мельпомена.
В ответ на приказание из глубины зала выступили двое здоровенных верзил. Подойдя сзади к девушке, они крепко обхватили её руки. Лейра знала об их присутствии здесь, но всё равно слегка вздрогнула.
– Куда? – решил коротко уточнить один из сопровождающих.
– Для начала в тюрьму.
– А потом что со мной будет? – вмешалась в разговор воровка.
– Для тебя не существует «потом». – Твёрдо отрезала муза, уже не оборачиваясь. – Уводите.
Толчок в спину заставил Лейру идти в сторону выхода. Возле самой двери девушка в последний раз оглянулась на Мельпомену, ожидая услышать что-то более ясное насчёт своей дальнейшей судьбы. Но ей вслед ничего не донеслось – женщина продолжала внимательно рассматривать статую, позабыв об осуждённой.
Длинные коридоры тянулись, словно извилистая полоса, пытаясь запутать идущую по нему тройку. Направо. Налево. Снова направо. Тусклый свет зажжённых на стенах факелов, создавал таинственную атмосферу. Звук уверенных шагов эхом уносились вперёд.
– Не замедляй шаг! – грубо бросил один из великанов Лейре. – Тянуть время не выйдет.
– Я выкроила себе достаточно времени. Несколько лет. – Отстранённо было заявлено в ответ.
– Не будь столь уверена в своей роли.
Громила выудил из-за пояса небольшой нож и поднёс его к горлу девушки. Поблизости никого не было. А у верзил, видимо, имелись свои планы на преступницу…
* * *
Рыночный Округ трудно назвать городом. Хотя, безусловно, любой иноземный торговец, единожды побывав там, до глубины души поражался его величием. Сей придорожный посёлок, с лёгкой руки окрещённый проезжими путешественниками Рыночным Округом, имеет много общего со своим названием. Все жилые дома в нём располагались плотным кольцом, в центре которого находилась огромная торговая площадь – настоящий рай для купцов. В том месте воистину можно было приобрести и продать всё что угодно. Главное, сойтись в цене. Магические амулеты и целебные травы, опасное оружие и изящные украшения, одежда и изделия ручной работы: такой ассортимент удовлетворит даже самого требовательного покупателя. Именно поэтому это плотное скопление домов пользовалось популярностью практически круглый год, безостановочно принимая блуждающих гостей в свои объятия.
В этот пасмурный вечер нежданными посетителями Рыночного Округа стала четвёрка измученных путников: я, Дивана и пара моих новых напарников. Мы вошли в бурную жизнь посёлка незаметно: суета, царившая здесь даже с наступлением сумерек, попросту не обратила внимания на новые лица. Неоднократно это предположение подтверждала хаотичная толпа, участники которой постоянно задевали меня своими массивными тюками и свёртками, а вслед ещё бормотали что-то про «несносную девицу, путающуюся под ногами».