Искреннее удивление на его лице невольно подталкивало к мысли, что маленький мошенник попадал в подобные ситуации довольно редко. Неужели посетители Рыночного Округа так невнимательны и ранее его никогда не ловили? Я развернулась в сторону Диваны, ожидая услышать разумное объяснение, почему же дворовая не уследила за порученными ей вещами. Но на это время у моей помощницы имелось куда более увлекательное занятие. Тихо порыкивая, дворовая с остервенением отгоняла от нагруженного сумками коня парочку соратников пойманного мною мальчишки. Острые когти, проделавшие дугу в воздухе недалеко от их любопытных носов, явно убедили бродяжек, что к кошке лучше не соваться.
Моё внимание снова обратилось к живому трофею. Я покрепче обхватила его запястье и внимательно посмотрела на парня. Старая одежда, местами зияющая протёртыми дырами. Нищий? Можно сказать, да. По крайней мере, его внешний вид подтверждал именно этот факт. У мальчугана были длинные каштановые волосы до плеч, которые грязными перепутанными прядями закрывали почти всё лицо. Но даже сквозь такой занавес была заметна лёгкая растерянность в паре со злобным взглядом.
– Тётенька, отпустите… – нерешительно попытался он избавиться от плена.
– Нет. – Коротко прервала я начавшееся нытьё. Сейчас меня будут убеждать, что такое больше не повториться, со слезами просить отпустить. Разве этому можно поверить? Не думаю. А пудрить мне мозги не позволю.
– Лучше отпустите… - решил перефразировать своё требование вор.
– Хм... А то, что ты мне сделаешь? – подал голос мой интерес. Любопытно узнать степень угрозы столь необычного жителя Рыночного Округа.
Вместо ответа мальчуган ещё раз резко дёрнулся в сторону. Ясное дело, освободиться ему опять-таки не удалось. Но, как оказалось впоследствии, юный карманник преследовал совсем иную цель.
Дотянувшись до ближайшей лавки, парнишка вытянул свободную руку и, загребая ею все близстоящие на лотке колбы, одним движением сбросил их наземь. Баночки, разбиваясь о каменную мостовую, издавали громкий звон. А между осколками стекла просматривался мокрый от пролитого содержимого тротуар.
И пока я возмущённо смотрела на происходящий разгром, его автор всё-таки сумел вырваться. Воспользовавшись моим замешательством, маленький мошенник выкрутился из объятий и на полной скорости ринулся сквозь толпу. Вместе с моей лирой. Ну, уж нет, я не собираюсь предоставлять ему столь лёгкую добычу.
Но попытка броситься бежать за вором потерпела крах. Прежде чем мне удалось сделать хотя бы один шаг, на моё плечо опустилась чья-то тяжёлая ручища.
– Стой, мамаша! А платить за испорченный товар кто будет? – прогремел грозный бас над ухом. Хозяин повреждённой лавки. Как вовремя.
Я бросила ещё один взгляд вслед исчезнувшему мальчишке. Последний взгляд. Драгоценные секунды, потраченные на задержку, теперь исключали всякую возможность отыскать нового знакомого в этом бурном торговом местечке.
Шёл дождь. Мягкий. Летний. Крупные капли беззвучно падали на оконное стекло. Извилистой полосой они плавно текли вниз. Достигая деревянной рамы, струйки на мгновение задерживались, а потом исчезали из поля зрения.
Снаружи уже было совершенно темно. Лишь парочка фонарей освещала широкую улицу, на которую выходили окна гостевого дома. Порой в их слабом освещении мелькали фигуры прохожих, плотно закутанные в плащи. Люди торопились домой, желая поскорее укрыться от разгулявшейся непогоды.
Почему никто не любит дождь? Ведь он такой… Живой. И совершенно не навевает скуку, как многие твердят. Неприятные воспоминания создаём мы сами, своими поступками. А винить в этом погоду – попытка обмануть самого себя.
Я посильнее обхватила стоящую передо мной миску. Глиняные бока посуды приятно согревали руки. Всё-таки, уютное место, эта «Астера» - именно такое название носил наш временный приют.
Гостевой дом, где по настоянию Юнэя мы решили провести пару ночей, представлял собой огромное двухэтажное здание. Помещение было оформлено довольно богато: сей нюанс подтверждали многочисленные картины и ковры, которые украшали стены. Мебель также подчёркивала высокий статус хозяев. Массивный резной стол величественно располагался посреди обеденного зала, гостеприимно усадив за собой всю нашу небольшую компанию.
Дивана примостилась у меня на коленях и, свернувшись в клубок, постепенно засыпала. Беседа, которая в это время велась между парнями и владельцем гостевого дома, явно её не интересовала. Зато я жадно ловила любую произнесённую фразу.