– Дивана, как ты представляешь себе это? После того, на какой ноте я с ними рассталась.
– Да, неприятная ситуация… – дворовая виновато потупилась. Видимо, припомнив историю, которую я когда-то ей рассказывала.
Див, пожалуй, единственная из моего бывшего окружения, кто знает истинную причину, почему я уехала из деревни. Остальные до сих пор верят в умело сочинённую сказку о маленькой девочке, у которой на судьбе было написано стать известной певицей. На самом деле приёмная дочка старосты была отдана в руки странствующим артистам отнюдь не из-за яркого таланта. Красивый и звонкий голос, которым ребёнок удивлял всех жителей Вокраха, был лишь прикрытием. Как и желание дать девочке хорошее образование. А вся правда заключалась в несчастном случае. Трагической гибели старшего сына главы деревни: во время неосторожных детских игр у озера, мальчик упал в воду.
Упал? Нет. Люди единогласно решили, что всему виной юный азарт. Стоит ли говорить, что девчушку, чьё происхождение с самого начала было под вопросом, сделали виноватой? Деревня небольшая. Слухи расходятся быстро и стремительно. О том, что приёмная малышка старосты была сиреной, знали все. И обсуждали также все. Тихо, за спиной. Сказать что-либо дурное в лицо отцу не решался никто. Да и вряд ли их едкие замечания тогда сыграли решающую роль. Девочку приняли в семью по доброй воле и любили её. До определённой поры…
Злые языки многократно доносили до ушей Ясиль рассказы об убийстве. Почти сразу появились мифические свидетели того, как я специально сбросила своего старшего брата в озеро. Мать долго не верила в смутные пересказы, но глубокая скорбь по родному сыну внесла свою лепту.
С самого начала женщина пыталась подавить в дочери её истинную суть. Но этот случай наглядно показал, что стереотипы насчёт нежити никогда не исчезнут из сознания людей. Жители Вокраха уже стали в открытую ненавидеть «маленькую русалку». Взрослые меня избегали. Сверстники тоже старались держаться подальше. По настоянию родителей.
Даже в семье девочку стали бояться. Юнэя оградили от общения со мной. Порой доходило и до того, что ревущего во весь голос мальчугана уводили в другую комнату. А меня оставляли в полном одиночестве. Подобно всем слезливым историям о несчастных сиротах, в те времена единственным товарищем маленькой изгнанницы осталась тряпичная кукла.
Этот период жизни прошёл так же быстро, как и начался. Люди не желали жить бок о бок с опасным ребёнком. Решение, как избавиться от меня пришло вместе с путешествующими по здешним краям артистами. Отдать девочку им на обучение – это не выбросить на улицу. Малышка будет сыта, одета, окружена вниманием. Именно вниманием, а не заботой. Это вполне достойный выход для всех жителей деревни. Для всех, кроме самой крохи. Но когда даже родители на очень-то сильно противились воле жителей Вокраха, у семилетней девочки просто не было права выбора.
Вот так я стала частью странствующей группы, которая после непродолжительной поездки, остановилась в небольшом городке. С тех пор он и стал мне вторым домом. Расценив это шумное место, как золотую жилу, артисты закрепились здесь. Яркие представления и весёлые ярмарки – теперь мои будни. Несмотря на маленький возраст, мне скучать не давали. Будь то ежедневная уборка, готовка или пение на публику: занятие находилось всегда. Не могу сказать, что делить кров с этими творческими людьми мне давалось нелегко, но разница между ними и уютным домом в деревне была слишком велика.
В семнадцать лет я решилась от них сбежать. Вряд ли для артистов это было плохой новостью. Одной ученицей больше, одной меньше. Тот факт, что меня не особо усердно искали, был только в радость. Недолго перебирая, я подалась в какой-то трактир: делать то, что умела лучше всего – петь. Как только хозяин «Цепного пса» отошёл от гипноза первой же песни, меня взяли на работу.
Закончить историю можно тем, что ублажать слух уличных пьяниц мне не доставляло труда. Как и удовольствия, впрочем, тоже. Но щедрая плата, которую трактирщик давал мне взамен на неиссякаемые потоки клиентов, приносила свои радости. Я жила хорошо и не испытывала нужду в чём-либо. После нескольких лет плодотворного труда, мне удалось купить небольшой дом. С тех пор жизнь потекла тихо и размеренно.
– Мне жилось так спокойно, пока не появились они! – казалось, Дивана немного испугалась моего повышенного голоса. – А теперь я снова вспомнила всё! И уже не могу выбросить из головы!