Вот под таким шатким союзом Лейра гордилась своим положением в Вокрахе. Молодая целительница многого не замечала за самоуверенностью. И до тех пор, пока её кто-то не одёрнет, беглянка попросту не сумеет правильно рассчитывать имеющиеся возможности.
* * *
– Ах, какой пустяк – уйти в неизвестном направлении!
Некромант безостановочно отчитывал Пейс. Словно это доставляло ему удовольствие. Он снова и снова описывал необдуманное исчезновение в лесу, лишь меняя слова для своей речи. И любая попытка перебить парня заканчивалась новой волной укоризны.
Дринек и Алнэ не вытерпели даже молчаливого участия в этой лекции. Недолго наблюдая за мучениями сирены, парочка удалилась в соседнюю комнату. Хоть у кого-то есть возможность переждать бурю в виде Юнэя. А, судя по их лицам, фейри с охотником и сами были не прочь дать несколько советов насчёт работы в команде. Поэтому такое тихое исчезновение я приписала к удачному исходу.
Но возбуждённый колдун с лихвой заменял потерю. Чтобы магу не казалось, что его труд идёт насмарку, хозяйке приходилось иногда с понимающим и пристыженным видом смотреть ему в глаза и соглашаться. На самом же деле, замечания шумного чародея пролетали мимо. Даже мне наскучило разделять её участь слушателя. Я сонно прикрыла глаза, оставляя Пейсиною буквально один на один с названым братом.
– Твоя удача, что аванку ты неинтересна. – Попытался подытожить выступление некромант и затих.
Противоречить ему – значит дать повод начать всё заново. Только переживать ещё одну порцию замечаний было выше наших сил. У парня, похоже, тоже пропало желание поучать. Или пришло осознание всей бесполезности подобного занятия. Юнэй постепенно сводил на нет затею воспитания, и действительно делал паузы, чтобы услышать ответ.
– Не понимаешь, что сейчас в Вокрахе опасно?
По сравнению с порой их детства, деревня и впрямь изменила жизненный устрой. Как бы ни пытались люди игнорировать чужаков, те прибывали безостановочно. Аванк создал широкую щель, через которую сочилась масса любопытных и любителей приключений. Хорошо, что запал гостей так же быстро иссякал. Но постоянная смена лиц всё равно не шла на пользу местным жителям. По обрывкам рассказов Юнэя я поняла, что в Вокрахе давно забыли про доверие. Родственник или сосед – не имело значения, когда по дворам гуляли сплетни.
– Я заметила…
Голос хозяйки звучал грустно. Оградившись от их диалога зрительно, оставалось лишь опираться на собственную интуицию. Отсутствие картинки создавало впечатление, что беседа тянется бесконечно. Слова произносились через силу.
– Больше не ходи в лес одна, хорошо?
– Договорились.
Уж кто-кто, а колдун договариваться с Пейс не умел. И это обещание могло рухнуть в любой момент. Как только сирене опять захочется исчезнуть в роще. Парню пора бы уже понять: чем быстрее она соглашается, тем меньше значения придаёт подаренному отклику.
– Вы так ничего и не нашли?
– Нет. Ты же видела, что следов не заметно. И даже неясно, имеет ли смысл ожидать чудище у озера.
– Ага…
– Но на всякий случай я добавил яд в воду и оставил зачарованную сеть.
Вот как теперь Юнэй решил бороться со зверем! Стал расставлять ловушки буквально на каждом шагу. Не удивлюсь, если в следующие дни количество выдумок некроманта заполонит собою все заросли.
– Зачем?
– Чтобы объект нашего похода не увлекался свободой.… Да и ты тоже. Верёвка отобьёт всякое стремление войти в лес или выйти из него. Не больше. А яд подействует глобальнее. Так что не советую пить из природного источника.
Не понимаю, маг приехал сюда для того, чтобы помочь избавиться от мифического существа или заточить Пейс в Вокрахе? Он настойчиво пытается заставить всех откликаться на его приказания без пререканий. И моя хозяйка, как главный источник неповиновения, должна ощутить влиятельность руководителя.