Она смотрит на меня с каким-то осуждением. Мне вдруг показалось, что для нее эта тема гораздо серьезней. Ей есть, что сказать, но она не собирается этого делать. Я чувствую, как Майя снова закрылась от меня, и всю оставшуюся дорогу мы почти не говорим. Между нами будто появилось невидимое проволочное ограждение. Не такого я ждал от этой прогулки.
Когда мы, наконец, садимся в машину, Майя достает телефон.
- Тебе нужно было предупредить родителей, - говорю я, – Разве они не волнуются?
- Я взяла телефон у Исайя и позвонила маме. Сказала, что останусь ночевать у Риты, – отвечает Майя, пока пытается дотянуться до кофра на заднем сидении. Из его переднего кармана она достает свой айфон, и какое-то время мы едем в тишине. Иногда я отвлекаюсь от дороги и смотрю на Майю, думаю обо все, что сегодня произошло.
- Куда ты меня везёшь? – спрашивает она, подняв взгляд от экрана мобильного.
- Что значит куда? Я везу тебя домой.
Майя кривит лицо.
- Что такое? – спрашиваю я.
- Плохая идея. Я типа у Риты. Помнишь?
- Отвести тебя к ней?
- Подожди, я попытаюсь позвонить ей.
- Ладно, думай пока куда тебя везти, - на этих словах я поворачиваю на автозаправку.
На улице уже светает и, как это часто бывает в это время суток, стало немного прохладно. Минуту я просто стою, прислонившись к машине, и дышу свежим воздухом. Потом нехотя поднимаюсь и вставляю пистолет в бензобак. Пока иду оплачивать бензин, включаю телефон, не боясь быть пойманным на лжи. В WhatsAppот Виктории висит одно сообщение: «Произошло что-то серьезное?»
Я недовольно поджимаю губы. Мне не хотелось просить помощи, но избежать проблем можно было только подключив связи отца. Напрямую к нему я обратиться не мог (точнее не хотел), поэтому позвонил Виктории. Через нее я узнал нужный мне номер, сделал еще один звонок и нас тут же отпустили. Это не для меня. Не хотел, чтобы Майя проводила ночь в отделении, я все же нес ответственность за эту девушку.
«Нет. Это ерунда» – коротко отвечаю я, а следом добавляю: «Хочу напомнить: ты обещала ничего не рассказывать отцу».
Я не ожидаю быстрого ответа, но он приходит почти моментально: «Я ничего не расскажу, но теперь ты мой должник».
«Ок».
Я возвращаюсь в машину и первое, что замечаю – мирно спящую Майю. Ее лицо повернуто в мою сторону, а в руках она продолжает сжимать свой телефон. Аккуратно, так, чтобы не разбудить, я освобождаю ее руки. Не хочу, чтобы она проснулась, когда ее пальцы расслабнут и телефон упадет вниз.
«Ну и что мне с тобою теперь делать?» - думаю я.
Снова наклоняюсь к ней и убираю прядь светлых волос с лица. Она всегда была хорошенькой, а теперь превратилась в по-настоящему красивую девушку. Один взгляд на Майю и я чувствую, как внутри меня снова что-то щелкает.
15
Майя
Вчера я уснула в его машине. Помню, что почувствовала, как он взял меня на руки, а дальше у меня не хватил сил даже открыть глаза. Проснувшись на мгновение от его прикосновения, я вновь провалилась в сон. Знать бы какой час сейчас…
Я приподнялась на локтях и осмотрелась. Стены серые, кирпичные, на окнах белые шторы из грубого хлопка. Кровать стоит поперек комнаты, почти занимая все пространство. От нее до стены оставался лишь небольшой проход. Справа от кровати небольшая тумба и светильник на ней, а возле двери находится встроенный шкаф. Больше в комнате ничего не было. В ее обстановке чувствуется мужской характер.
Я аккуратно встаю и выхожу из спальни. Крутой поворот, три ступеньки, ведущие вниз, и я оказываюсь в гостиной, которая совмещена с кухней. В воздухе витает запах кофе и это именно тот аромат, с которым Макс до сих пор существует в моем сознании.
- Доброе утро, – говорит он, увидев меня. Макс стоит у плиты и что-то жарит в сковороде.
- Хочу сказать на берегу, не думай, будто я специально уснула в твоей машине, – я прохожу на кухню и сажусь за стол.
Макс подходит ко мне и наклоняется почти вплотную, – Я думаю, что потасовка в кафе тоже была не случайна, - Он улыбается, берет со стола солонку, после чего возвращается к плите.
- Что готовишь?
- Яичницу. Или ты любишь по утрам кашу?