В период летних каникул студентам разрешено приезжать сюда и брать ключи от кабинетов, чтобы позаниматься на инструментах. Вообще-то это придумано для тех, кто живет в общежитии, потому, что там нет ни одного рояля. Но сюда часто приходят и такие как я - несчастные, которые не могут настроиться на работу дома. В последнее время я слишком много уделяю внимания группе и почти не занимаюсь. На следующий учебный год мы выбрали очень сложную программу, и мне следует начать разбирать ее уж сейчас.
Я опускаюсь на стул и прислоняю голову к роялю. Слишком много навалилось на меня за это время. В голове происходит программный сбой. То, что еще недавно казалось мне невозможным – сейчас более чем реально. Я снова иду не по той дороге, но сворачивать обратно уже поздно.
Заставляю себя еще немного позаниматься фортепиано, разбираю свою партию в ансамбле и даже выучиваю страницу романса. А после решаю, что на сегодня с меня хватит. К тому же сегодня вечером мы договорились все вместе пойти в кино. Времени у меня хватает только на то, чтобы допить свой кофе и добраться до места встречи. Когда двери автобуса открылись на моей остановке, телефон в моем кармане начинает вибрировать.
- У телефона.
- Где ты? – раздается на том конце.
- Я почти на месте.
- Мы купили билеты, - говорит Макс.
- Хорошо.
- Тебе что-нибудь взять? Попкорн, там, или мороженное?
- Наверное, нет. Слушай, я уже в торговом центре. Сейчас поднимусь к вам на лифте, - на этих словах я «отключаюсь».
Обычно я не пользуюсь лифтом без огромной необходимости. Паническая атака это болезнь, которое может долгое время не давать о себе знать, а потом проявиться в самый неожиданный момент. Хотя мой психотерапевт настоятельно рекомендовал мне чаще подвергать себя ситуациям, которые могут вызвать у меня панику. Она говорила, что бесполезно бороться со следствием (приступами), не борясь с их причиной. Но признаюсь самое страшное – это ожидание, ожидание нового приступа с которым ты не сможешь справиться.
В лифте я оказываюсь одна. Нажимаю на кнопку третьего этажа, и двери плавно закрываются. Лифт начинает подниматься, но после резко дёргается и внезапно останавливается. Я вновь нажимаю на кнопку, потом ещё раз и ещё, но ничего не происходит. Кажется, что именно в этот самый момент случится так, как происходит в фильмах: поначалу начнёт мигать свет, а когда он погаснет совсем, лифт с ужасным скрежетом полетит прямиком вниз. Начинают возникать глупые мысли о нехватке воздуха, но как только я с ужасом думаю о возможности панической атаки - попадаю в капкан собственного страха.
Я знаю все симптомы, проявляющие во время панической атаки и способы себя успокоить, но каждый раз, охватываемая страхом и тревогой ничего не могу с этим поделать. Я чувствую непривычное жжение в груди, которое отдается горячей пульсацией в голове. Руки и ноги перестают слушаться, в ушах шумит. Чувствую, будто умираю, и никто в целом мире не может мне помочь…
В памяти каждого человека есть дни, в которые он был по-настоящему счастлив и каждый из нас ищет свои пути, что бы мысленно туда вернуться. Я вспоминаю и немного успокаиваюсь, когда внезапно слышу его голос и песню, что раньше связывала нас обоих…
17
Макс
Длинные очереди на кассах, толкающиеся люди и громкая музыка вперемешку с чужими невнятными разговорами. Из приятного только запах свежеприготовленного попкорна, но и ради него нужно пройти испытание на стойкость. «Романтика» субботних походов в кинотеатр убивала всякое желание смотреть этот чертов фильм еще до его начала. Но мы все равно собирались почти каждую неделю в кино, потому что по негласным человеческим правилам как-то так и нужно было проводить выходные.
Я достаю телефон из кармана и набираю ее номер.
- Где ты?
- Я почти на месте, - раздаётся на том конце.
- Мы купили билеты.
- Хорошо.
Решаю проявить заботу: - Тебе что-нибудь взять? Попкорн, там, или мороженное?
- Наверное, нет. Слушай, я уже в торговом центре. Сейчас я поднимусь на лифте.