Я нашел Майю в саду, в окружении девчонок, которые, по всей видимости, помогали ей успокоиться. Ее лицо было мокрое от слез, а тело все еще дрожало. Я тут же снял с себя кофту, накинул ей на плечи и опустился напротив, пытаясь заглянуть ей в глаза.
- Наверное, нужно вызвать скорую, - говорит одна из девчонок, - Она задыхалась и вся дрожала. Мы тут все очень испугались.
- Ничего не нужно, - отвечаю я и принимаю из ее рук стакан воды для Майи. После этого даю понять, чтобы она и ее подруги оставили нас вдвоем, - На, выпей, - говорю я Майи, и та послушно берет бокал.
- Что случилось?
Вместо ответа она лишь всхлипывает.
- Майя, что случилось?
- Они позвали меня... я думала, ты приехал, - Майю захлестывает еще одна волна слез. Она начинает заикаться, и мне становится еще сложнее ее понять, - Закрыли меня там, …я испугалась,… закричала, … а они смеялись.
Могу только догадываться, что она пережила, и что с ней происходило, пока меня не было рядом. Несмотря на ее сбивчивый рассказ, я все отлично понял. В тот вечер мы сделали кое-что такое, что меня совсем не красит. Не помню, кто нашел в гараже свиную голову. Стас и сам не имел ни малейшего понятия, кто и для чего ее там оставил. Но он быстро придумал отличное, как нам казалось, развлечение.
Мы отнесли голову во внутренний двор. Там стояла постройка, в которой хранились садовые инструменты. По своим размерам она была не большая, а в ширину так вообще напоминала кабинку общественного туалета. Голову мы повесили на деревянную ручку лопаты, что стояла в самой глубине этого помещения. При входе ее можно было заметить не сразу, потому что в этой конуре совсем не было света. При условии, что человека мы заталкивали резко и тут же запирали дверь, он не успевал что-то увидеть, пока не включал фонарик на телефоне или не натыкался на голову случайно. Это было странное развлечение подростков, которые доказывали свою «крутость» любыми способами. Сейчас я это понимаю.
- Вот, - говорю я, – Возьми ключи и иди к машине.
- А моя сумка?
- Я её заберу.
Майя послушно уходит, а я возвращаюсь в дом, грубо расталкивая людей, попадающихся мне по пути.
Стас не замечает меня до тех пор, пока кто-то не толкает его локтем и не заставляет обернуться.
- Макс, это была просто шутка, - он поднимает руки вверх, зная, что я очень зол, - Кто знал, что она так испугается.
- Шутка, значит?
- Ну да.
- Ты думаешь это смешно?
Я смотрю на него, переполненный гневом. Улыбка сходит с его лица, а голос становится серьезным.
- Ты сам смеялся над этим.
- Это другое.
- В чем разница?
В детстве я сам здорово донимал Майю, но никогда не давал ее в обиду кому-либо. Сейчас дело обстоит еще серьезней, ведь мы вместе. Если ты смеешься над моей девушкой, значит, ты смеешься надо мной.
- Разница в том, что это моя девушка, – сквозь зубы говорю я и делаю шаг вперед, встав почти вплотную к нему.
- Полегче, Макс, - говорит он. Стас отталкивает меня одной рукой, а я недолго думая, бью ему прямо в челюсть.
Он застрял, немного не дотянув до площадки третьего этажа. Я слышу ее голос, там, внизу.
- Майя, ты слышишь меня? – кричу я. На секунду мне кажется, что она что-то ответила, но что именно разобрать было очень сложно. По крайне мере, находясь здесь. Я разворачиваюсь и бегу назад к эскалатору, сбивая на пути случайных прохожих. В какой-то момент кто-то хватает меня за рукав и останавливает.
- Макс, что случилось? Куда ты?
Рита смотрит на меня с неким непониманием и даже испугом в глазах.
- Майя застряла в лифте, - отвечаю я и уже на ходу добавляю: У нее панические атаки.
Я добегаю до эскалатора и через несколько секунд оказываюсь на втором этаже. Людей у лифта здесь гораздо больше, а ее крик – громче. Я расталкиваю «случайных зрителей» и оказываюсь у дверей.