Ее взросление я заметил последним. Как-то раз она пришла на спортивную площадку, где мы с друзьями играли в баскетбол, и вручила листок с посланием от какой-то девчонки. Потом записок становилось больше; ее визиты – чаще. А однажды она пришла с пустыми руками, села на скамейку, и весь вечер наблюдала за игрой, делая зарисовки в своем блокноте. На ней было какое-то легкое платье с открытыми плечами и все мои друзья не сводили с нее взгляд. Это раздражало, заставляло злиться, вызывало чувство ревности. Единственное, что меня успокаивало: ее большие зеленее глаза смотрели только на меня.
Спустя неделю мы должны были встретиться на дне рождении ее мамы. Вечером все собрались в ресторане за большим круглым столом; меня по такому случаю даже заставили надеть костюм. Всюду были живые цветы, белые скатерти и накрахмаленные салфетки. В углу я заметил рояль, и помню первое, о чем подумал: «Надеюсь, нас с Майей не заставят на нем играть». Кстати о ней: стул рядом со мной очень долго пустовал, всё потому, что она умудрилась опоздать. Время остановилось, когда я ее увидел. Легкий макияж, аккуратные локоны, черное платье на тонких бретельках и каблуки – она выглядела безупречно. Я смотрел на нее так долго, будто видел впервые.
За весь вечер мы не сказали друг другу ни слова, но то и дело встречались взглядами. Такая эдакая игра, понятная только нам двоим. В какой-то момент мы оба опусти руки под стол. Я нащупал ее ладонь и наши пальцы переплелись. Казалось, что тепло, исходившее от прикосновений, разливалось по всему телу, опьяняло и одурманивало. В тот вечер я не мог себе объяснить, что влечет меня к ней.
Когда разговоры за столом стали оживленными и нас совсем перестали замечать, появился отличный шанс улизнуть. Майя сделала это первой; я выждал пару минут и последовал за ней. Помню, что нашел ее на летней веранде. Она стояла ко мне спиной, положив руки на парапет, и смотрела на воду. Я подошел ближе и накинул на ее голые плечи свой пиджак. Про себя подумал, что ей стоило одеваться теплей.
Когда я неспешно убрал руки с ее плеч - тут же пожалел. Нужно было воспользоваться моментом и обнять ее. Вместо этого я просто встал с ней рядом. Мы в тот вечер о чем-то говорили, много шутили, я дразнил ее, называя «маленькой», а она в ответ лишь наигранно хмурила брови.
Я и Она. Вместе. Это казалось таким очевидным. Понятным. Предсказуемым. Это было именно то, что многие ожидали. Особенно были довольны родители. В какой-то момент мне тоже стало казаться, что это единственное и самое правильное решение. Рядом с неё было привычно, спокойно и уютно. По крайне мере, так мне казалось вначале наших отношений.
Мы часто приходили в парк, ложились на траву и часами смотрели на облака. Она думала, это нравится нам обоим. Впрочем, ходит за руки мне нравилось ещё меньше. Майя хотела, чтобы у нас все было как в романтических фильмах, но временами это напоминало комедию.
Я помню, как начиналось «наше лето». Эта была середина жаркого и душного июня, один из тех дней, которые не хочется проводить на улице, но, не смотря не на что, я уже около получаса ждал её на скамейке в парке, унывая от палящего солнца. Мне нравилось то, как были убраны её каштановые волосы, и то, как смотрелась на ней серая юбка и джемпер, одетый поверх шелковой рубашки. Она бежала ко мне, размахивая сумкой и ещё никогда, казалось, Майя не была так счастлива.
- Я вижу у тебя сегодня хорошее настроение.
- Безумно хорошее, – ее руки обхватили меня за шею, - Я поговорила с родителями, и этим летом я никуда не уеду. Слышишь?
- Это здорово.
- Ага,- протягивает она, запрокинув голову и посмотрев на облака,- И знаешь что? У меня масса планов, касающихся нас двоих.
Она хотела сказать что-то ещё, но я не даю ей договорить.
- Майя…
- Что?
- Давай не будем ничего планировать, – мои слова звучат грубо, на что я совсем не рассчитывал. Она тихонько отстраняется . Глаза её округляются, и тогда Майя как никогда становится похожеа на маленького ребёнка, - Все прозвучало не так, как я хотел. Просто мне иногда кажется, что ты распланировала каждый мой шаг на несколько лет вперед.