- Мисс Лиам, прошу, следуйте за мной, - он жестом пригласил ее идти за ним, не прекращая наблюдать за девушкой, - доктор Лоуренс ждет Вас
- Хорошо, веди
Смириться с судьбой было сложно, но именно от решения доктора многое зависело, в том числе и то, сможет ли она нормально дальше жить, найдет ли работу. На спине андроида переливаясь, красовалась эмблема компании «Елиезар» в форме многочисленных завитушек и полосок, образующие силуэт птицы, если смотреть на расстоянии. Девушка никогда не понимала такой тематики, как и того, что каждому «особенному» пациента привязывали какого-то андроида, призванного следить за состоянием подопечного. Им не давали имена, не считая это нужным, поэтому, Лиам условно называла его Бак. Проводя по коридору, наполненному разными запахами и не громкими разговорами других пациентов между собой, девушка не обращала внимания на них, ведь все эти люди были для нее чужими. У каждого из них была своя жизнь, своя судьба, страхи, мечты и надежды, словно далекие, чужие вселенные. Раньше Валерия обязательно бы попыталась нафантазировать разных историй о том или ином человеке, который окружал ее. Сейчас же, девушка была готова к тому, что придется выслушивать долгую лекцию и бесконечные тесты, которые она уже успела не просто возненавидеть, но и выучить наизусть. Двери кабинетов не отличались оригинальностью или чем-то запоминающимся, просто белые двери с табличками фамилий и инициалами, но, чтобы войти, нужна была специальная карта. Подобные карты были только у персонала и андроидов, которым доверяли коды доступа, разрешалось посещать архивы. Много слухов ходило о том, что находится в архивах, вплоть до нахождения там старинных карт правителей или того, что там находят компромат на всех жителей города. Увы, никто не мог эти слухи подтвердить или опровергнуть, а все из-за защиты личных данных и даже упоминание об архивах приравнивалось к разглашению врачебной тайны. Валери не хотела признавать этого, но начинала нервничать, задумавшись о том, что кто-то мог легко узнать о ней все. В попытке взять себя в руки, она даже вздрогнула, что не ускользнуло от Бака. Робот остановился и медленно обернулся, быстро просканировав брюнетку и составив примерное изменение состояния, учтиво поинтересовался о ее состоянии, но сероглазая пациентка его не слышала. Она так глубоко погрузилась в собственные мысли, что вздрогнула, как только андроид коснулся ее плеча.
- Мисс Лиам, - монотонно обратился Бак, - все в порядке?
- А, да, в порядке. – Бросила первое, что пришло в голову, девушка, прокашлялась и добавила более уверенным тоном: - просто задумалась
Минуя пустой коридор, в котором не было ни души, услужливое создание технического прогресса, остановившись, приложило ладонь к двери. Участок двери под ладонью засветился и дверь, издав тихий хлопок, вздрогнула и ушла в стену, пропуская внутрь. Лишенный эмоций Бак, жестом пропустил Лиам идти вперед, пройдя следом за ней в светлый и просторный кабинет из-за наполняющего его солнечного света казавшийся еще больше зрительно. В кабинете соблюдалась стерильная чистота, на стенах висели знаменитые чернильные пятна, теплого, кофейного цвета мебель, серый письменный стол, белоснежные стены и черный пол с золотыми прожилками. В эпоху цифрового и технического прогресса, наличие шкафов с книгами считалось отголоском прошлого, но их могли оставить для создания особого антуража, но книги чаще были пустыми. В случае доктора Лоуренса, кабинет был заполнен частично настоящими книгами, но их тематика могла заставить появиться неудобные вопросы у пациентов или коллег. Так же в кабинете было несколько больших цветочных горшков, в некоторых даже пытались цвести дикие цветы, но их бутонам не хватало сильно солнечного тепла и влажности, чтобы наполниться жизни и распустить свои лепестки. В воздухе витал приторный запах гнилой листвы, а за столом с деловым видом, сидел мужчина средних лет в темно-синей униформе, на уровне ключицы тремя белыми треугольниками была изображена форма птицы, а на спине изображен Анкх, как знак вечной жизни и исцеления. Символы медицины меняются, но не их значение. Чарльз Лоуренс обладал колким, холодным взглядом, пронизывающим насквозь и крайне скверным характером, из-за которого его и не любили многие пациенты и коллеги. Все было строго и аккуратно, Валери даже не удивилась бы, если бы узнала, что он лично проходится по каждой вещи с хлоркой, как минимум, раз пять в день. Кушетка для пациента больше напоминала специально оборудованное кресло, от которого у девушки пробегали мурашки и внутри, все холодело, ей всегда казалось, что на этом кресле кто-то умер. Или же особо буйных сковывало кандалам и не отпускало, даже бывал вариант на счет расчленения. Бак равнодушно подошел к стене и встал к ней спиной, нажатием в определенном месте у основания шеи открыл скрытую панель, опустил голову себе на грудь, а от стены отделилось два толстых шнура. Они подобно злым змеям, застывшим в прыжке, быстро сорвались с места и впились в панель. Взгляд андроида потускнел, говоря о том, что он находится в режиме ожидания, пока не закончится сеанс. Таков их протокол, прописанный компанией, но выглядело немного жутко. В такие моменты Валерия хотела просто стать одним из них, чтобы не о чем не волноваться и просто следовать установленному порядку, проверенному алгоритму, когда все до безумия продумано и не нужно принимать сложные решения.