Ненадолго вернулся в гостиную. Оно лежит около чашки. Наверняка даже в руки не взяла. Совсем другая...
Утром она пришла в библиотеку. Я понял это по скрипу досок, только там под весом десятков стеллажей и постоянных ливней подгнили доски, подо мной они скрипят на весь дом. Под ней же, эти звуки еле слышны.
– Доброе утро. – она подпрыгнула с книгой в руках и приложила ладонь к сердцу.
– Вы меня напугали!
– Прошу прощения, не хотел. – Снисходительная улыбка в мою сторону, и она вновь водит пальцами по корешку книги.
– Здесь очень много сборников с изображением трав и каких-то... Склянок. О чем они?
– Вы не умеете читать? – В моем голосе не было укора, но она стыдливо отвела глаза.
– Нет, нас не учат.
– Почитать Вам?
– А можно?! – Её детская наивность выбивала из меня все чувства, но я улыбнулся и посадил ее на кресло взяв какой-то французский Роман, который она любила брать по вечерам.
Посреди рассказа она прервала меня своим шёпотом.
– У Вас ужасно знакомое лицо...
– Правда?
– Я откуда-то помню Ваши глаза... – Она придвинулась ближе ко мне и в какой-то момент, я подумал, может не отдавать ей это ожерелье? Но она вернулась за ним спустя столько лет. Не за мной. Это мой долг и моя плата за второй шанс.
– Не знаете откуда?
– Не знаю... Но Вы так знакомы...
– А если есть шанс вспомнить? – нужно как можно быстрее надеть на нее это чертово украшение. Я больше не могу смотреть на нее, понимая, что сам себе не принадлежу.
– Вспомнить что? – Ее зелёные глаза округлились в немом вопросе, и она неосознанно отодвинулась. Не тот подход.
– Мысли вслух, простите. Не хотите прогуляться?
– Мне нужно идти...
– Вас хватятся?
– Сомневаюсь, но там мои вещи и...
– Позволите кое-что отдать Вам на память? – Не дожидаясь ответа, встал и быстрым шагом направился в гостиную, где так и лежало ожерелье. Увидев его она немного отпрянула.
– Оно очень дорогое. – Покачав головой, Ева закусила губу.
– Я понимаю, что подарок не обоснован, но вряд ли мы с Вами вновь увидимся, – на этих словах она опустила голову. Как же я не хочу врать тебе... Но ты просила меня. – По этому прошу Вас взять его. Пожалуйста.
– Хорошо. – Так и не подняв голову она встала и откинула волосы на плечо, открыв шею. Застегнув ожерелье, мне пришлось подхватить ее. Нежное тело содрогнулось и она начала оседать.
Через пару минут она открыла глаза сидя на моих руках. Этот взгляд был мне до боли знаком. Вернулась...
– Анна?
– Ты молодец, Вильям. Ты молодец.
– С возвращением.
***
Девушка подхватив юбки нового платья бежала по саду, огибая белые статуи и громко смеясь. Она редко была такой веселой, чаще всего ходила с надменным лицом и оценивающим взглядом прожигала даже его. Он скучал за той нежной Евой.
***
– Что с тобой? Такое ощущение, что через пару минут тебя казнят.
– Ты не примешь мои слова всерьёз.
Выглядел он от силы на 25 лет, и на этом его внешнее старение завершилось. Молод, статен, но обречён. Как и она. Обречён на вечную жизнь и оттого на одиночество.
– Я всегда принимаю тебя всерьез, Вильям. Иначе бы не доверила свою... Свои жизни.
– Это ты не примешь. А значит нет смысла говорить. – Поднявшись с лавки, он пошел в дом и пропал за дверью библиотеки.
– Ты как всегда меня заинтриговал, а теперь сбегаешь!
***
– Это невозможно, ты понимаешь?
– Почему?! Я люблю тебя!
– Это пройдёт. – девушка провела пальцами по его лицу, продолжая говорить. – Мы не можем быть вместе, просто не можем. Это невозможно.
– Объясни мне, – Сильные руки обхватили ее лицо, щёки. – Объясни мне, в чем дело. Почему не можем?
– Я старею. Умираю и возвращаюсь. Ты вечно молод.
– Я смогу умереть с тобой в этот раз, мы найдем способ!
– Мы не найдем. – Первый раз по ее лицу бежали влажные дорожки. Раньше она никогда не плакала. – Это мое проклятье, Вил, моя кара. Я перерождаюсь из раза в раз. Без возможности остановиться.
– Что-то должно быть.
– Первая жизнь которую я помню... В 16 лет я сбежала из дома, за мной гнались собаки. Я постучала в самый ближайший дом, где могла укрыться. Дверь мне открыл мужчина, он представился дворецким, ожидающим хозяйку дома. Мария уже была здесь на тот момент. На рассвете когда я собиралась уходить... – Всхлип прорезал момент и она замолчала.
– Что случилось тогда? Не молчи, скажи мне. Прошу. – Руки покоились на ее вздрагивающих плечах. Тема чувств была закрыта.
***
Она погибла через четыре года после своего второго появления. Несколько ножевых ранений неизвестного происхождения, лужа крови и закрытые глаза. Я прижимал ее тело к себе, как ребенок сломанную игрушку. Я плакал впервые за долгие годы. Громко, срывая голос. Так больно мне ещё не было.