Марин всё летит сквозь бесконечное пространство, время от времени прорываясь сквозь что-то, похожее на толщу воды. Какие-то прозрачные заслонки - одна, другая, ещё, ещё, ещё... Звёзды меняют свои цвета, пространство вокруг то вдруг сжимается, то выпускает из невидимых тисков. И тут Марин ощущает падение. И не может никак понять - сам ли он летел, а теперь падает, или это только какая-то часть его, может душа, вышедшая из тела? А может и вовсе всё это лишь кажется ему, а сам он как стоял в лесу возле телеги с выпавшим из рук топором, так и продолжает стоять, видя сон наяву?
Марин медленно и плавно опускается на огромную пурпурную "звезду". Вдали пылают ещё три, все разноцветные - белая, красная, рыжая... Небо золотое-золотое!
- Что же это, Господи?! Неужели Рай?! Куда мне, грешному, в Рай?! Я ж... Эх! Нет, обман всё, прелесть бесовская, стригойка ум морочит... Море-то, помилуй Боже, из крови! Свят, свят, свят! Да это их Рай, стригойский! Боже ж ты мой, сколько их тут! Клыки-то, клыки... А языки! Неужели ж и я одним из них стану?!
- А ты хочешь? - опять этот "голос".
И тут же всё пропало - и звёзды, и Океан, и клыкастые существа, покачивающиеся на его поверхности, прямо кожей, даже сквозь одежду, пьющие очень густую, липкую пурпурную кровь.
- Нет, нет, не хочу! - торопливо в ужасе залопотал Марин, - лучше уж в ад! Убей, только не обращай, не хочу кровь пить!
- Кровь? Это то, что мы зовём нектаром?
- Понятное дело, конечно, для стригоев она - нектар, - усмехнулся Марин, - лучше уж в ад, чем по ночам из могилы выходить!
- Ад..., - задумчиво "протянула" Рэе, - попробую найти, где это. А, вижу, внутри планеты. Как же там жарко! Слишком уж жарко. Ты правда туда хочешь?
- Всё лучше, чем кровь пить! - упрямо настаивает абориген.
- Свобода воли - закон, - последнее, что "изрёк" ставший совершенно невидимым ГОЛОС.
- Так и сказал?! - потрясённые, воскликнули Бэгрисс и Доа.
- Да. Там внутри планеты, вместо Океана, какая-то жуткая раскалённая масса, как горячая звезда, вроде нашей Гаммы. Как они там живут своими сущностями и почему - непонятно. Но он настаивал: "В ад, в ад!" И я его туда переместила. Должна же я была ему хоть что-то приятное сделать, раз нектар он совсем не любит? Кстати, там нектар называют кровью. Вобщем я отправила аборигена в этот их ад, пусть погреется. Сама я туда даже близко бы не подлетела, так там неуютно. Но ведь у всех же разные вкусы...
- А животные?
- Я сразу сняла паралич. Они правда сильно ослабли, я их немножко... Ну, они так боялись, что не хватило сил удержаться: страх, он ведь такой сла-аденький! Как нектар для твёрдого тела, так эта эмоция для наших сущностей, настоящее лакомство! Ну, и я так наелась, ах! Но уверена, они отоспятся, попьют водички; так называют ту самую прозрачную жидкость, помните? И будет всё в порядке.
- Ой, как хочется поесть сладкого страха! - тут же размечтался Доа, роняя слюнки, - а что ты сделала с твёрдым телом Марина? Что вообще с ними происходит, с оболочками, когда сущности переселяются в ад?
- Марин упомянул про какую-то могилу, но я толком не разобралась, что это. Я просто положила его под телегу на всякий случай, а вдруг он ещё передумает и вернётся из ада? Телегу я с дороги убрала, чтоб никому не мешала проезжать. Стоит себе в лесу, в тенёчке, в укромном месте. Я даже в твёрдое тело через теменной центр залила довольно много своей энергии. Так вот "подкачала" его слегка взамен выпитого страха. А то нехорошо же просто насосаться, и ничего в обмен.
- Ой, какая ты молодец, Рэе! - похвалила Бэгрисс, - как ты всё хорошо сделала! А давайте слетаем и посмотрим? Может он уже вернулся?
- Надо в твёрдых телах полететь, - стоял на своём Доа, - Марин не хочет нектар пить, потому что никогда его не пробовал, не знает его волшебного вкуса, - Доа аппетитно причмокнул толстыми слюнявыми губами-присосочками, - как можно что-то любить или не любить, ни разу не попробовав? Надо его угостить! Уговорить и угостить. Не разглядел только в твоём рассказе, есть ли у него хоть зубы-то? И язычок?