*
На работе Драко очень быстро понял, как ему плохо без помощи Гермионы. Она столько всего делала, он просто поражался её трудоспособности. Хорошо, что все самые важные контракты он заключил с помощью своей помощницы, сейчас ему надо было только следить за поставками товара к заказчикам и проверять, какие ингредиенты доставляют ему на производство.
День получился очень тяжёлым, Малфой вернулся домой без сил, ему хотелось одно: поесть и лечь спать. Через камин он пообщался с друзьями, никто ничего нового сообщить не мог.
Во вторник Драко надо было присутствовать на деловой встрече в городе. Его слава о контракте с Министерством магии быстро разлетелась по умам, ему предложили ещё несколько выгодных сделок. Малфой был доволен, теперь надо было всё проработать, а для этого ему была нужна Грейнджер, а он пока даже не знал, где она находится. Вернулась ли она в Ирландию?
— Драко, — услышал он знакомый голос, обернувшись, увидел, что ему машет Венделлом. Малфой оставил машину на парковке супермаркета, он догадался, что отец бывшей жены пришёл сюда за продуктами.
— Венделлом, тебя подвести? — предложил мужчина, когда тот подошёл к нему, и они поздоровались.
— Тут такие пробки, быстрее пешком дойти, — отказался мистер Грейнджер.
— У тебя тяжёлые пакеты, лучше на машине их довести, — стал настаивать Драко.
Венделлом несколько секунд раздумывал, а потом согласился. Поставив пакеты на заднее сиденье, он сел рядом с водителем. Малфой выехал с парковки, и сразу встал на светофоре.
— Что случилось у вас с Гермионой? — спросил мистер Грейнджер, Драко посмотрел на пассажира, стараясь понять, что ему известно. — Я вчера говорил с ней по телефону, она мне ничего толком не объяснила, только сказала, что Люциус вмешался в ваши отношения и снова всё испортил. Я всё правильно понял?
— Да, — ответил Малфой, поняв, что мистеру Грейнджер нужны подробности, он коротко поведал о том, почему у Гермионы случились выкидыши, и что произошло на приёме в воскресенье. — Я понятия об этом не имел, — в своё оправдание добавил он.
— В этом меня можешь не убеждать, мне это и так понятно, — заверил его Венделлом, на его лбу появились складки. — Значит, теперь Гермиона готовит зелье, чтобы вылечиться? — мужчина кивнул. — А что будет потом между вами? — он пристально посмотрел на хозяина машины.
— Хотел бы я сам это знать, — пожал плечами Драко. — Я много лет был зол на Гермиону, считая, что она меня никогда не любила, понятия не имея, что заставило её подать на развод, — он так сильно сжал руль, что побелели костяшки пальцев. — Узнав правду, я всё равно был в ярости: меня и тянуло к ней и отталкивало одновременно. Когда, наконец, я решил на празднике поговорить с Гермионой и предложить ей начать всё сначала… случилось это.
— Одно я знаю точно: Миона любит тебя, — уверенно заявил Венделлом. — Сейчас она зла на твоего отца, но это пройдёт. А ты не поведи себя, как одиннадцать лет назад, когда ты так легко позволил ей уйти. Если ты любишь Гермиону, хочешь быть с ней — борись за неё.
Малфой не успел ничего ответить, потому что он уже остановил машину около клиники. Венделлом поблагодарил его и вышел. Драко проводил его долгим взглядом и поехал к стоянке рядом с магическим районом Дублина.
Вторую половину дня Малфой только и думал о разговоре с отцом своей бывшей жены. Слова Венделлома, что Грейнджер до сих пор его любит, которые он произнёс так уверенно, поселили в его душе надежду, что ещё можно всё исправить. Оставался только один вопрос: как это сделать? Драко был рад узнать, что Гермиона вернулась в Дублин, значит, его самые страшные опасения не подтвердились: она не решила вылечиться, а потом всё бросить и уехать.
Стараясь не зацикливаться на этом, Малфой занялся работой, ему надо было просмотреть новые договоры и контракты.
Вечером, выйдя с работы, он уже собирался трансгрессировать в свой особняк, когда захотел хотя бы посмотреть на окна Грейнджер.
Около дома Гермионы было тихо, по улице ходили не многочисленные прохожие. Драко поднял голову и увидел свет в окне на втором этаже, он с облегчением выдохнул, почувствовав радость. Несколько минут Малфой ходил около дома, никак не мог решить: подняться ему к Грейнджер или нет? Может он торопится встретиться с ней? Тут в памяти снова прозвучали слова Венделлома «борись за неё». Боясь передумать, мужчина быстро шагами вошёл в подъезд, взлетев на второй этаж, он подошёл к двери, уже занеся руку он захотел развернуться и уйти, но всё-таки заставил себя постучать. В квартире послышались шаги, через пять секунд Гермиона приоткрыла дверь, увидев Драко, она не удивилась, тут же отошла в сторону пропуская его.
— Здравствуй, проходи, — сказала она, закрывая дверь.
— Привет, — кивнул Малфой, он увидел на столе книги, а рядом была старая тумбочка, где стоял заколдованный котёл и оттуда шёл пар. — Я пришёл узнать, как ты?
— Хорошо, — ответила Грейнджер, внимательно глядя на мужчину. — У меня было достаточно времени, чтобы всё обдумать. К тому же я почти сварила лекарство, меня это успокаивает.
— У меня тоже есть для тебя зелье, — сказал он, достал из кармана брюк флакончик с белой жидкостью и протянул его бывшей жене. — Ты не будешь его пить, но можешь хотя бы сравнить. — Поколебавшись всего пару секунд, Грейнджер взяла флакончик. — Мне очень жаль, что всё так получилось, я уже говорил и повторю, я и не думал, что мой отец…
— Драко, не надо оправдываться, я не виню тебя ни в чём, — перебила его Гермиона. — Я же сказала тебе, у меня было время всё обдумать, и я поняла, что ты точно в этом не виноват. Мы поженились не потому, что я забеременела, а потому что мы любили друг друга. Если бы не это, вряд ли ты бы предложил мне выйти за тебя. И я бы сама не согласилась, если бы не была уверена в наших чувствах. Мы с тобой были слишком счастливы, наслаждаясь первыми неделями нашей семейной жизни, несмотря на трудности с деньгами, что совсем забыли о том, что не все знакомые были рады за нас, — она грустно улыбнулась.
— Это моя вина, я должен был лучше заботиться о тебе, — с осуждением к себе произнёс Малфой, запустив пальцы в волосы. — Ты права, я был так поглощён нашей семейной жизнью, что всё остальное просто выскочило у меня из головы, — в его глазах появилась безнадёжная тоска.
— Ты не мог так плохо думать о своём отце, и это нормально, — заявила Гермиона, от сочувствия у неё сжалось сердце. — Ты знал, что Люциус не одобряет твой выбор, и не хочет помогать тебе, но ты не мог даже допустить мысли, что он будет тебе мешать и… отравит собственного внука.
— Ты не злишься на меня? — не мог поверить в этом Драко, вглядываясь в её лицо, словно ища какой-то подвох.
— Нет, — покачала головой Грейнджер, она открыла флакончик с зельем, что дал ей мужчина и залпом выпила его. — Я доверяю тебе, — на её лице появилась чистая неразбавленная искренность. Она поставила флакончик на стол, подошла к мужчине и взяла его за руки. — Драко, я не хочу больше платить за ошибки, которые сделала одиннадцать лет назад. По-моему, я уже сполна заплатила, так же как и ты.
— Да, мы заплатили по счетам, пора двигаться дальше, — согласился Малфой.
Его руки уже лежали на плечах Грейнджер, ему оставалось лишь притянуть её к себе на расстояние поцелуя и наклонить голову. Перед этим он заглянул ей в глаза, и прочитал в них такое же желание, что было у него. Когда их губы встретились, Гермионе показалось, что её сердце разорвётся не в силах вместить всю любовь и страсть, что переполняет её. Драко целовал так её, как хотел целовать её с той самой минуты, когда она вошла в его кабинет, чтобы устроиться на работу. Он брал своё, его поцелуй был требовательным, почти грубым, жадным — он ждал почти одиннадцать лет, чтобы сделать это. С губ Грейнджер слетел стон наслаждения, разжигая пожар в его крови. Ладони Драко скользнули с плеч вниз по её рукам переместившись на спину, легли на талию, притягивая её всё ближе, затем поднялись на грудь. Пожар в теле Малфоя разгорался всё сильнее, он легко поднял Гермиону на руки и понёс её в комнату, она не сопротивлялась, только крепче обняла его.