Выбрать главу

-Ангелина, перестань, - сухо произнёс папа. - Какая муха тебя укусила?

-Никакая, - фыркнула она.

-А я, кажется, понимаю, какая, - улыбнувшись, сказала я, желая обратить всё в шутку. - Лина сразу поняла, что Арсений может её переболтать, вот и молчит весь вечер…

-Что? Он - меня? Не смеши! Мелковат противник, - передёрнув плечами, ответила сестра.

-А может, попробуем тогда? - весело бросил Арсений. - Присоединяйся к нашей беседе, а то накуксилась и сидишь молча.

-Как хочу, так и сижу! И ничего пробовать не собираюсь! - Лина начала кипятиться, глядя на улыбающегося Арсения. - Я не трещалка заводная, чтобы беспрестанно говорить!

-Что не трещалка - верно, но точно заводная. Ох, и характерец! - Арсений широко улыбнулся, а затем обратился к нам с Матвеем: - Теперь я понимаю, что вы имели в виду, говоря, что Лине палец в рот не клади…

-Вот именно! А то откушу руку по самое плечо! - вставила она.

-Так, хватит! - папа сурово посмотрел на сестричку. - Арсений гость, которому, кстати, мы многим обязаны, так что успокойся. Но если внезапно ты забыла правила хорошего тона, то хотя бы прояви уважение к тому, кто спас Эву, или встань и выйди из-за стола.

-Борис Анатольевич, всё хорошо. Наоборот, мне интересно пообщаться с Линой, - добродушно произнёс мой спаситель. - И поверьте, вы мне ничем не обязаны. Это всё делалось от чистой души.

-Искренне верю, что от чистой души, - сказал папа и тоже улыбнулся. - Кстати, про это. Я тоже хочу кое-что сделать от чистой души, да и девочки тоже, поэтому прошу всех подняться и следовать за мной.

Понимая, что отец планирует вручить подарки, я улыбнулась, надеясь, что Арсений не будет артачиться и, поднявшись, под руку с Матвеем направилась во двор, а Лина демонстративно осталась сидеть за столом.

“Хоть бы принял подарки! Хоть бы принял!” - повторяла я про себя. “Так, надежда была на Лину, что она не отступит и заставить Арсения принять их, но она ведёт себя странно, и уж точно помощи нам не окажет!”.

Выйдя во двор, и подойдя к внедорожнику, папа открыл дверь с водительской стороны и, взяв папку с сиденья, вернулся к Арсению.

-То, что ты сделал для нас, невозможно измерить материально. Ты вернул мне не просто одну из любимых дочерей, а смысл жизни и радость. Помимо этого также благодаря тебе наша семья вовремя узнала о грозящей нам опасности, поэтому, по сути, ты спас не только Эву, но меня с Линой, - торжество сказал он. - В наше непростое время немного найдётся людей, которые без раздумий бросятся спасать других, и я считаю, что такие поступки необходимо вознаграждать. Но в первую очередь, это просто благодарность за человечность, отзывчивость и добропорядочность. Прими эту машину в подарок от меня.

Папа вручил в руки обалдевшему Арсению папку с документами, а потом добавил:

-Матвей дал мне все твои данные и документы уже оформлены. Ключи в замке зажигания.

-А внутри имеется подарок от нас Линой! - весело произнесла я и, взяв за руку ещё не пришедшего в себя Арсения, потащила его к багажнику. А потом, с видом фокусника открыла его и, указав на велосипед, сказала: - Вот! Самый крутой велик! Это вместо того, что украли! И, кстати, я ещё денег должна за спортивный костюм и кроссовки!

-Н-не наддо ничего, - запинаясь, выдавил Арсений.

-Надо! - настырно сказала я. - Не смей отказываться! Ты нас этим обидишь!

-Я не могу принять такие дорогие подарки, - взяв себя в руки, сдержанно ответил он.

-Дорогие? Значит, моя жизнь намного дешевле, чем всё это? - с мягким укором спросила я.

-Конечно, не дешевле… Жизнь бесценна, - ответил Арсений.- Я ведь спасал тебя не ради благодарностей и подарков. Ты же это знаешь.

-Знаю, - вспомнив историю с одноклассницей, сказала я, но и отступать не собиралась. - Но разве плохо, когда тебя хотят поблагодарить за хороший поступок?

-Достаточно и слов, - твёрдо произнёс он. - Поэтому спасибо, но ничего принять не могу.

-Правильно, не принимай! - раздался за спиной злорадный голос Лины. - Плюнь всем в душу своим отказом. Папочка такого ох, как не любит, и больше, к моей радости, не пригласит тебя в дом!

Арсений резко обернулся и, увидев стоящую в дверном проёме Лину, прищурившись, долго рассматривал её, как будто что-то прикидывая, а потом внезапно широко улыбнулся и, переведя взгляд на нас, весело сказал:

-А знаете, вообще-то не в моих правилах обижать хороших людей! Я приму всё. Эва, Лина, - он снова посмотрел на мою сестричку и подмигнул ей. - Спасибо большое за велосипед. Всегда о таком мечтал. Матвей, а ты, конечно, хитрый! В отместку за это заставлю и тебя купить велосипед. Раз уж сказал, что заинтересовался велосипедным спортом, будешь доказывать это! А вам, Борис Анатольевич, помимо благодарности за такой шикарный подарок, хочу сказать спасибо, за ваших прекрасных дочерей. Они абсолютно разные, но каждая по-своему хороша. А также я рад буду, если наше знакомство на сегодняшнем вечере не закончится.

-Конечно, не закончится, - заверил папа. - Тебе всегда будут рады в этом доме. Да и за любой помощью обращайся, если понадобится. А сейчас пойдёмте в дом! Можно вернуться к ужину или же, так сказать, спрыснуть подарки хорошим коньяком.

-Давайте, второе, - весело произнёс Матвей, переглянувшись с Арсением.

-Да, пошли! - согласилась я, потому что начала уже замерзать от прохладного апрельского ветерка.

Но когда все вошли в дом и направились в гостиную, извинилась и, оставив мужчине наедине, я последовала за Линой, которая опять демонстративно решила ко всем не присоединяться, а пошла в сторону отцовского кабинета.

-Так, сейчас кто-то получит за своё поведение! - холодно произнесла я и, взяв сестру под локоть, завела в кабинет, а затем, прикрыв за собой дверь, сухо спросила: - И как понимать твоё поведение? Что это было в столовой и во дворе?

-Ничего, - процедила она, враждебно глядя на меня. - Просто мне этот белобрысый урод не нравится. Сверлит меня своими блеклыми серыми глазами, сыпет шутками, как клоун и хочет всем нравиться. Пусть даже на это не надеется!

-Да с чего ты взяла, что он хочет всем нравиться? У него просто такой лёгкий и доброжелательный характер! Поверь, он ведёт себя так же, как и до этого, когда ещё не знал, что я Эва, далеко не бедная девушка. Он на самом деле хороший. Ты бы видела, как он общался со мной в больнице, как старался порадовать теми же йогуртами и фруктами. Он нисколько не изменился с момента нашей первой встречи. И так как знаю его не первый день, смело могу заверить - Арсений никогда не ставил себе целью кому-то нравиться! Ему скорее как раз наоборот - плевать на мнение окружающих. Например, после того, как я передавала весточку Лидии, он пригласил меня погулять по набережной, и ему совершенно было плевать, что мой внешний вид, мягко говоря, не ахти. Если бы он так хотел всем нравиться, стал бы гулять с толстой, задрыпанной, уродливой коротышкой?

-Значит, он хотел понравиться тебе! - упрямо ответила Лина.

-О, ну конечно! Он спал и видел, как бы понравиться девушке, на которую без слёз смотреть было невозможно! Лина, не говори глупости! Арсений просто раскованный, весёлый парень!

-Да мне всё равно, какой он! - воскликнула сестра и насупилась. - Не подумай, что я тварь неблагодарная, но не желаю его больше видеть!

-Да? - тон и слова Лины начали меня злить. - Тогда приготовься к тому, что и меня отныне ты так часто видеть не будешь, особенно в выходные! И в эти, тем более! Сиди дома одна и наслаждайся своим упрямым характером, а мы собрались в субботу покататься на коньках!

-Значит, готова променять меня на парня со смазливой мордашкой? - прошипела она. - Ну, спасибо, сестричка!

-Да всегда, пожалуйста! - в тон ответила я, а потом колко добавила: - И ты уж определись, кто Арсений - белобрысый урод или парень со смазливой мордашкой! - после чего вышла из отцовского кабинета, громко хлопнув дверью.

Пыхтя от злости на сестру, я вернулась в гостиную, где расположились мужчины, и сев рядом с Матвеем, не удержавшись, с сарказмом произнесла:

-У Лины из-за повышения уровня желчности, началась изжога, поэтому вечер проведёт без неё! - после чего с извинением посмотрела на Арсения. - Прости за сестру. На самом деле не знаю, что на Лину нашло. Помогала мне выбирать велосипед, перед твоим приездом с нетерпением жаждала знакомства, а потом… Не понимаю.