Я слушаю его и удивляюсь, если можно назвать мою реакцию на слова – удивлением. Во первых голос незнакомца кажется мне, как ни странно, очень знакомым, во вторых, если судить по словам, то человек перед нами явно с отклонениями, а обороты речи больше свойственны старику, хотя по походке, по жестам – он совсем не старик, а достаточно молодой парень.
– Мы действительно чистили. После первого дождя, когда химия уйдет, здесь будет чистая земля,– заверяю его я. – мы не вандалы и не варвары. Скорее чистильщики…
Меня слушают и вдруг в ответ раздается смех. Я не понимаю причину. Второй, как то уже очень сильно напрягается, еще чуть чуть и точно стрелять начнет. Он точно подозревает, что ночной гостить минимум сумасшедший.
– Вы не чистильщики – говорит сквозь хохот незнакомец. – Я вспомнил. Вы – шпионы…
И вот тут до меня доходит. И голос, и силуэт – этот тот человек, который не испугался опасности и помог мне, когда я так нуждался в помощи.
Объясняемся достаточно долго. Наш визитер оказывается во первых– кладбищенским смотрителем, во вторых, бывшим представителем молодежной субкультуры– готом, а в третьих аспирантом исторического факультета университета, пишущим и соответственно проверяющим материал по всем старинным кладбищам города.
Гот, аспирант и сторож в одном флаконе– явление, конечно, было слегка не стандартное, но более объяснимое, чем наша миссия и наши последние действия. Второй решил не вдаваться в подробности, взять инициативу в свои руки и все объяснить наиболее просто и рационально. Тем более как я понял, Второй был более чем заинтересован в продолжении знакомства. Историк, пишущий работу по истории города и перелопативший сотни документов, мог был очень полезен в том деле, которое задумал Второй.
Ночь закончилась в Берлоге совместным распитием в очередной раз спиртных напитков. И договором провести пару разведывательных операций на закрытые кладбища под предводительствованием Мельника. Который согласился за вполне разумную плату быть и проводником и гидом.
Тем более что я уже понял, что необходимо искать. И было мне слегка досадно и обидно, что там, у Молодежного парка, место, в котором было столько света и которое могло быть столь обещающим по поиску артефактов, оказалось почти уничтожено. А вот,сколько время на восстановление энергии могло уйти, никто не знал. Но было понятно и другое. Если почти перетертая пыль из остатков артефактов так фонила и смогла притянуть на себя столько пуха, то в силе достаточно крупных артефактов, которые могли быть в сходных по энергетике местах– сомневаться точно не приходилось.
***
Время двигалось к полуночи. Ждали мы уже минут с семь. Почему Мельник не захотел махнуть с нами через забор – я не знал. Но договор был встретиться уже за периметром. Он такой товарищ, что вполне спокойно мог еще со вчерашнего дня пересидеть в каком ни будь особо историческом склепе. Мельник попросил дождаться полуночи и иметь необходимый инвентарь. В том числе кирку и лопату. В общем вещей и без того и без того был предостаточно – а еще инструменты грохотали при передвижении достаточно сильно. Гробокопатели из нас получались не особо реалистичные. Опыта все же не хватало.
Мельника я ждал и с нетерпением и в то же время с каким-то внутренним страхом. Я понимал, какая предстоит экскурсия и особо не спешил приближать время. Надо ждать – значит стоим и ждем. Было действительно жутко. И хоть на каком-то сознательном уровне я понимал что боятся нечего, что вся мистика о неупокоенных душах умерших и призраках, охраняющих свое последнее пристанище– это всего лишь выдумки, но подсознание вопило во всю и требовало немедленно покинуть данную территорию.
Я кстати дар как включил еще в самом начале, когда меня переваливали через забор так и игрался с ним потихоньку. Но никаких энергетических полей или особо сильного сияния я пока не видел. Даже пространство не особо фонило. Мы стояли почти у западной части кладбище, где было много не так уж и давних могил, того последнего периода пока оно еще работало. Оградки, памятники с жестяными звездами, темные медальоны с почти сошедшими фотографиями. Неприятно– но привычно и вполне объяснимо. А вот что скрывается в середине, какие тайны хранят заросшие крапивой, чистотелом и чертополохом забытые давным давно участки,даже догадываться не хотелось. Я поглядывал на замершего Второго, на луну, периодически выбирающуюся из-за облаков, на черные ветки деревьев, поскрипывающие от порывов достаточно сильного ветра, и мне вся эта картинка напоминала кадры фильма про 'кладбище домашних животных'. Я очень хорошо помнил свои впечатления. Месяца три, после просмотра в одном из видеозалов, деда заставлял в коридоре свет не выключать. Страшно было даже ночью воды попить встать. Никогда не хотел прочувствовать тот ужас наяву.
Слышу сначала виброзвонок, а после раздается чуть приглушенная но все же достаточно бьющая по, и без того расшатанным нервам, мелодия KISS – Psycho Circus. Рингтоны Второго иногда как нельзя более кстати подходят к обстановке.
Он отвечает на звонок, оглядывается по сторонам, машет рукой и из темноты к нам выходит знакомый черный силуэт. Мельник здоровается со Вторым, после протягивает руку мне. Я так и не спросил у него Мельник– это фамилия это или кличка, но по большому счету все равно. Второй тоже не под своим именем по городу с пистолетом бегает. Наш гид, шелестя оберткой, достает пачку сигарет, Интересно – неужели он вообще не боится. В это время луна как раз выходит из-за облака и в серебристом свете я хочу рассмотреть его реакцию.. Но увидеть выражения лица так и не получается – надвинутый почти на самые брови капюшон отбрасывает слишком плотную тень.
-Кто хочет курить– пяти минутный перекур. Больше такой возможности на территории не будет.– говорит Мельник. Я слушаю его голос – в нем совершенно нет страха. Только растущий интерес к ситуации. Говор у Мельника своеобразный и легким 'гэканьем' и сглаживанием окончаний.
– а мы некурящие, – за нас двоих говорит Второй. Хотя если честно я бы сигарету бы выкурил. Для храбрости. Или это пить положено? У меня почему-то в стрессовых ситуациях нездоровое чувство юмора просыпается.
– тогда я докурю, а после в двух словах расскажу, что стоит смотреть, а куда не имеет смысла соваться. Как вы мне говорили – ищем очень старые могилы периода восемнадцатого, максимум девятнадцатого века.
Ну, предположим, я не сильно на счет старых могил был уверен. Это же теория Второго – но кое в чем она работала. Да и то, что я видел в Молодежном парке, тоже оставило свой отпечаток.