Второй принес из кухни солонку и полиэтиленовый прозрачный пакет. Посолил плечи и голову.
– Реакция есть?– спросил он у меня, показывая на темный кокон.
-Нет.– я был удивлен. На соль прореагировали только легкие частички черного пуха. А споры как лежали плотной массой, так и продолжали лежать. Без шевеления и вспышек.
Надев полиэтиленовый пакет на руку, второй слегка поворочал труп, показал мне на проломленный висок.
– стукнули его не сильно, но в этой части черепа кости тонкие. Мгновенная смерть. А орудия убийства нет. Кстати, судя по трупному окоченению– грохнули его часов восемь – десять назад. Точнее не скажу– пусть спецы устанавливают.
Даже когда Второй шевелил тело кокон не сдвинулся– он лежал как приклеенный к голове. Как очень плотная ткань или маска.
– А споры интересные,– продолжал второй. Он подцепил немного черной массы с пристально ее рассматривал.
-Ян, вот чудно, я же их вижу…,– он протянул руку с набранными в пакет спорами. И вот тут… Стоило только спорам отдалится на небольшое расстояние от кокона, как я почувствовал сильную волну холода. Так, будто Второй мне протягивал на обозрение не шевелящийся черный комок, а пробирку с жидким азотом.
Меня передернуло.
– Второй, они энергию тянут. Сильно. Они отрицательно заряженные– такие же как в подвале, такие же, как у в шкатулке у Задорожной. Только в более сильном варианте. Как только они выпьют тело, начнется бешенная выкачка тепла из воздуха– тут холодильник в комнате будет конкретный. Надо из квартиры валить и срочно оперативников звать.
Второй снял с руки пакет, оставил его возле тела. Пошел в ванную, вымыл тщательно руки, заставил тоже сделать и меня, хоть я ни в какую гадость не влезал. Позвонил Петровичу. Договорился на счет бригады. И только после этого невозмутимо спросил у меня. –Еще две комнаты смотреть будем или твое любопытство уже удовлетворилось?
А у меня как-то из голову даже вылетело, что мы не полный досмотр еще провели. Что тело и споры– это как бы хорошо– но могут быть и другие тайны.
– У нас времени сколько?– спросил я у Второго. Тот глянул на часы.
– Минут 40. Максимум. Успеешь?
– Успею. Когда приедет бригада– не до досмотров будет. Кокон надо ликвидировать. Чистильщикам рассказать что если соль не помогает, может пусть огнем попробуют. Урус во всяком случае в гараже справился.
– Не вопрос, расскажем. Сам чего такой серьезный, думаешь о чем?
– О том, что я даже с даром ничего не понимаю. А людям надо как то объяснять. Споры не правильные. Не стандартные. Ты когда ни будь с таким сталкивался?
Второй глянул в сторону лежащего тела.
– Нет, Ян. Я тоже впервые такое вижу. У меня не хорошее чувство что они мутировали. Знать бы еще в какую сторону… Двигаемся?
Я киваю. Квартира большая. Даже по меркам элитного дома.
В соседней комнате– пусто. Комната любопытная. Такое чувство что это не комната– а музей. Две стены с верху до низу в стеллажах. Под стеклом достаточно необычные экземпляры древностей и окаменелостей. Я подошел ближе. Провел руками по стеклам.
– Второй, кое что фонит, но не сильно. Просто темная энергетика. От окаменелостей такое бывает.
– Странностей никаких?
– нет. Просто предметы.
– Идем дальше?
А вот в третьей комнате ждал сюрприз. Я наверное о чем-то подобном даже думал. Но одно дело предполагать, а другое… Другое– в обычной трехкомнатной квартире не может быть личной прозекторской. Это по любым меркам слишком.
На столе– обычном– затянутым клеенкой в голубой цветочек под грязной бело-желтой простыню лежало головой к двери тело. Тело молодой девушки. Рядом, на маленькой тумбочке –полный набор хирургических инструментов.
Мне поплохело. Замутило. Я от себя такой реакции не ожидал. Пора было бы уже привыкнуть. За прошедшее время видел намного страшнее всего.
– Вот черт, – сказал Второй каким-то механическим голосом. Я посмотрел на него и увидел что ему тоже не по себе. Провели досмотр, называется.
Я отдышался. Взял себя в руки. Тошнота прошла. Второй подошел к телу. Отдернул простынь. Охнул.
– Я вообще не понимаю что он делал…– он показал на разобранное словно на запчасти тело.-Зачем?
Я подошел ближе– стараясь не вдыхать чуть сладковатого слишком знакомого запаха разложения. Посмотрел внимательно на тело, на уложенные рядом в каком-то странном порядке органы. Снова накатила тошнота. Надо было быстрее смотреть пока готовый в любую секунду взбунтоваться желудок не взял верх. Перевел взгляд, заметил что большому пальцу ноги была привязана бирка из прорезиненной материи, точна такая же бирка как и на телах в гараже.
Ладно. Меня интересовала голова и плечи. Все фонило.
– Везде споры. Плотные. – докладывал я Второму через силу. Машинально протянув руку, я попробовал на ощупь крупинки. Они были словно гранулы. Не пух, не плесень. Мелкая крупа Стряхнув с пальцев споры, я с удивлением увидел, как, упав на пол, гранулы разлетелись на множество маленьких частичек и превратились в такой привычный и понятный пух. Как будто, утратив связь с телом, они стали совершенно другой субстанцией.
– Ты что творишь?!– закричал мне Второй. – Руки мыть быстро! Паразита в ауру захотел?!
Я растерялся, глянул на него. Второй был напугал и зол одновременно. Я его таким редко когда видел.
-Споры лишь на трупе плотные. Как только они остаются без тела– сразу становятся нормальными, с волосяными сумками. Я просто хотел понять…
– В ванную– марш. После расскажешь. Ян, даже ради истины не стоит рисковать понапрасну. Тем более когда происходит полная чертовщина.
Я подчинился. Притушил дар. Голова начинала уже побаливать, и мне действительно нужна была маленькая пауза. Руки мыл тщательно. Так как и положено. Второй конечно прав. Но он не видел того что вижу я. Споры питались только трупной энергетикой, для меня они были совсем не опасные.
Когда я вернулся в комнату,Второй более тщательно осматривал тело. Что он хотел увидеть, я не знал. Мне своих странностей хватало.
Снова включил дар и по второму кругу осмотрел помещение. Мне казалось что я что-то просмотрел. Какую-то незначительную деталь. Что-то было в картинке необычным. Сама комната не светилась, и даже не фонила. Споры, оккупировавшие труп, не тянули энергию. Они просто лежали как маска на теле. Я попробовал поиграться с силой Дара. Мне надо было найти хоть какую-то зацепку. Я закрыл глаза. Зрение сейчас только мешало. Страшная картина отвлекала. С закрытыми глазами стало как ни странно намного легче. И я, сосредоточившись на задаче, смог увидеть.