- Ремешком от брюк, - дед стряхнул пепел со штанов. – Как в разведбате учили.
- Деда, - осторожно начал Севка. – Это как-то неправильно. Нельзя было так.
- Я ж как с войны-то вернулся, - не обратил внимания на Севкины слова дед. – Так на вдове Колькиной женился. С тремя, значит, пацанами взял. Младший из них, Андрюха – отец твой. Вот такой грех, внучок, на душу принял.
- Де-ед, - протянул Севка. – А можно я эту историю в сочинении про войну опишу. Нам на лето задали.
- Я тебе напишу! – прикрикнул дед. – Мне только на старости лет осталось на нары загреметь.
- Зря, - прищелкнул языком Севка. – Я уж и название придумал – «Киллер из штрафбата».
ГРЕХИ ВОЙНЫ - 2
Есть истории, которые западают в память с детства. И, как ни старайся, их не удается удалить с помощью хитроумных программ. Истории эти разные – веселые и не очень. Расскажу вам одну из разряда «не очень». Моя первая учительница в школе прошла через войну. Будучи подростком, она воевала в партизанском отряде. В советское время в школах были популярны «Уроки памяти». Вот, на одном из таких уроков и услышали мы эту историю.
Дело было зимой. Фашисты расстреляли повозку с мирными жителями, приняв их за партизан. Пожалели только годовалого ребенка. Или промахнулись? Когда партизаны нашли эту повозку, то увидели, что голодный ребенок ползает по снегу, подбирает и ест шарики из замерзшей крови своих родителей.
Без комментариев.
СЕКСУАЛЬНЫЕ ДОМОГАТЕЛЬСТВА ДЕДА МОРОЗА
Это по поводу встречи Нового года. Я, сколько помню себя, а помню я себя недолго, так как почти всегда пьян, ощущаю какую-то новизну. Каждый Новый год кажется, что вот теперь-то будет все иначе. Иначе, во-первых, встретим сам праздник. Во-вторых, вот именно в этот раз будут те люди, с которыми: а) интересно; б) весело; и, наконец, в) все закончится, по-людски: т.е. Анфиса ляжет спать не после боя курантов, а после восхода зимнего солнца, никто никому не набьет морду, и даже не попытается; г) в кои-то веки в нашей компании найдутся люди, с которыми интересно поговорить не только о новинках околотусовочной возни, но и о вечном – о послеканикулярном курсе доллара, стоимости барреля и т.д. Но…
Ваня. Маленький, полупьяный ведущий нашего новогоднего вечера, плавно перетекающего в утро. Он был хорош. Хорош, когда начинал – такой шикарный, в своем, взятом напрокат смокинге. Смешной донельзя. И как же он был плох – холеной мордой в салате через каких-то пару часов.
А потом? Пришел Дед Мороз, и все пропало. Он пришел один. Без своей всегдашней внучки. Водил хороводы. Дарил подарки. Проводил конкурсы. Вроде все ничего, но…
Как это случилось? Одни говорят, что он достал пистолет из новогоднего торта. Другие, что официантка, влюбленная в него чудесным образом пронесла пистолет через рамку охраны. Но, как бы там ни было, в итоге оказалось, что тело хозяина дома нашли в его же винном погребе. В теле оного было найдено пять пуль. Счастливое число? Опять же, для кого? По пьяному делу, Деда Мороза отпустили до того, как нашли труп. Шороху было… искали потом его. По приметам, вроде, похож. Но, все же, не он.
А, где же тут сексуальные домогательства?
Вот же они, наяву. Поимел – тот, кто смел.
ИВАНУШКА
Луч падал косо, упираясь Ивану прямо в глаз.
"Пора вставать, - подумал Иван. - Собираться на работу, мать ее. Что за геморрой? Каждое утро на работу и на работу, так и жизнь пройдет. Скорей бы пенсия, что ли? Хотя, с другой стороны, не на завод ведь. Это тоже, как посмотреть, что лучше. Может, на заводе было бы веселее - постоять смену у станка, ущипнуть нормировщицу за брезентовый зад, после работы распить поллитру с коллегами по цеху. Романтика серых будней. Зато, не надо думать, что будет завтра с твоими подчиненными, где взять деньги на оплату аренды и налогов и т.д. и т.п. Детей надо бы вывезти к морю. Гальке новую шубу обещал. Зачем ей новая, когда старая еще ничего? Теща замучила со своим огородом на даче - трать выходные на прополку и поливку, а кто спасибо скажет? Тесть, тоже фраер - то ему не так, да это не этак. А самому, кроме бутылки, ничего не надо. И еще смотрит волком, когда выпить с ним отказываешься. А на работе вообще завал - сокращения за сокращениями. А что будет с ипотекой и кредитом за машину никого, кроме меня, не волнует. Сердечко что-то пошаливает последнее время - надо бросать курить. И Ленке не мешало бы объяснить, что мужчине его возраста нет необходимости так часто заниматься сексом. Может бросить ее? Хотя, двадцатилетняя любовница тешит самолюбие. И не только самолюбие. Всё, пора вставать".
- Иван Петрович, - настойчивый женский голос пробивался сквозь сон. - Иван Петрович!
- Да, - Иван открыл глаза. Перед ним, склонившись к его креслу стояла красивая блондинка в синей униформе.
- Иван Петрович, - она улыбнулась. - Ницца не принимает по погодным условиям. Куда прикажете лететь?
- В Барселону, - ответил он. - И созвонитесь с Кольдманом по поводу перенесения на неделю сроков покупки аглопоритного комбината. Мне кофе. - Он поднял спинку кресла, потянулся.
- Веселовский!
- Да, Иван Петрович, - помощник выскочил из-за кресла.
- Контрольный пакет акций "Росметалла" почем нынче? - Иван скосил глаза в иллюминатор. - Снится всякая чушь.
ВИКТОРИЯ
Тук-тук, тук-тук, - сердце билось ровно, но громко, равномерно поднимая и опуская кожу на висках.
- Сколько мне осталось, доктор?
- Два дня, - вздохнул тот. - Если сейчас же не прооперироваться...
- Нет, спасибо, - она сглотнула комок в горле. - Слишком мало шансов.
- Виктория Владимировна, вы же сама врач, - он попытался взять ее за руку. - И должны понимать, что нужно бороться до последнего.
- Именно поэтому и не хочу, - она отдернула руку. - Не хочу умереть на операционном столе.
- Воля ваша, - обиделся доктор. - Вот здесь подпишите.