Алекс правильно расшифровал барельефы. Откачка энергии пошла почти сразу, как только последний участник высыпал камни в чаши (Алекса в расчёт не принимали — смертный же). Люди мешками повалились на каменный пол, а молнии чистейшей энергии полились куда-то вверх. Стон и вопли поднялись в пещере, усиливаемые эхом и аккомпанементом треска блуждающих разрядов.
Алекс истыкал себя иглами, связанными в общую сеть. Этакий аналог клетки Фарадея, но не столь эффективной с точки зрения экранирования. Всё-таки материала у него не так много, чтобы покрыть себя полностью. Да ещё высокая твёрдость металла не позволяет сделать проволоку, пришлось ваять что-то вроде звеньев цепи, а это потери в контактах. Зато эта конструкция предполагалась стать более полезной — иглы он воткнул в важные точки, потому не только не чувствовал оттока силы, но и наоборот, становился бодрее. В отличие от других мастеров он не наполнил чашу, а, значит, его силе не с чем смешиваться для очистки.
Что он задумал? Да всё банально: примитивно решил испортить веселье старому уроду. Он просто выгребал камни из чаш себе в сумку. Прямо горстями. Очередной источник немедленно гас, даже визуально было заметно, как слабнет общая сеть молний. Самому Алексу доставалось, когда он нарушал ритуал, но приходилось терпеть. Этот мир научил тому, что без боли прогресса не бывает. Да и не молнии это по сути — похожи только внешне на своих электрических собратьев. При попадании в тело они наоборот, питали его. Только слишком они мощны для обычного практика первого этапа. Конечно, после приключения с Морозной Ночью, он скорее всего выдержал бы, но сейчас иная цель — Алекс хотел спасти собратьев по секте, в первую очередь ломая «энергоотсосы» с их стороны. Они держались вместе, расположились в одной стороне зала, так что не приходилось бегать повсюду, выискивая своих. Начал с Вельветового Бархата и Одинокого Вепря. Осенний Лист, мастер-имитатор бурной деятельности, тоже рядом валялся, испускал силу. Больше Алекс никого не рассматривал, просто освобождал чаши от кристаллов.
Его руки, защищённые призрачными перчатками, отлично экранировали молнии. Они вообще их не пробивали, а вот выше локтя, в грудь, даже в голову — попадало немало. Эйфория постепенно захлёстывала, туманила рассудок.
Когда половина чаш опустела, старикашка в виде призрака появился в комнате:
— Мелкая букашка! Не смей воровать мою силу! — верещал старик, но сделать ничего не мог. Он же «призрак». — Я сейчас спущусь и прикончу тебя!
— Алекс, он сейчас и в самом деле придёт! — среди тел, лежащих вповалку без сознания, голос Дыма Фимиама прозвучал неожиданно. Алекс аж вздрогнул.
Он обернулся и увидел, что девушка снимает капюшон с головы. Накидки хватило и на неё, и на зверя.
«Такой же аналог клетки Фарадея, только в волшебном исполнении», — догадался Алекс.
— Пусть приходит. Он же упадёт до второго уровня, — хмыкнул мужчина. — Вы спрячьтесь пока, подгадайте момент для нападения.
Всё-таки силы практика на пике второго этапа гораздо больше, чем у мастера первого. Даже если действует подавление. Наверняка есть куча факторов, от которых это зависит, но то, что Алексу пришлось несладко — это факт.
Старик, если можно так назвать того, кто сильнее и быстрее тебя, и со стариком его роднит только морщинистое лицо, оказался и сильнее, и быстрее. К тому же он владел какими-то единоборствами, так что швырял Алекса с лёгкостью, едва вошёл через отодвинувшуюся потайную дверь, замаскированную под часть барельефа. Если бы не броня, Алекс точно бы не выжил. Когда посылает тебя в полёт на сотню метров — это не к добру. Примета верная. К тому же, он не толкал, а именно бил. Кулак пробил бы тело насквозь, а панцирь червя только скрипел. Но это не значит, что хотелось смеяться от щекотки. Было больно. Очень.
Самым трудным оказалось многократно активировать и снова убирать щитки на голове. Алексу не хотелось, чтобы Дым Фимиама заметила эту способность, благо, вокруг далеко не солнечный день. А вот зуд, который раньше можно было терпеть относительно легко, сейчас стал просто невыносимым!