Повернувшись, мы увидели, как на лицах парней выступила чёрная испарина. А ещё они уже начинали пованивать. Причём эта вонь не имела никакого отношения к моей особенности.
— Я бы хотел пригласить вас перекусить. Вроде здесь есть приличные заведения. Просто чтобы познакомиться поближе. Естественно, всё за наш счёт. Григорий и Елена тоже приглашены. Там же вы познакомитесь с нашим капитаном. Просто он ещё не приехал. Ожидаем сегодня к вечеру.
Судя по тому, как начали принюхиваться приезжие, они уже учуяли, что воняют.
Находиться рядом с ними было, мягко говоря, противно. Меня даже слегка подташнивать начало. Пришлось срочно принимать меры и зажимать нос пальцами. Мира сделала то же самое. После чего демонстративно отошла от троицы на безопасное расстояние и сделала несколько глубоких вздохов с явным облегчением.
— Приглашение принято. Тогда в эту субботу в кафе-мороженом «Зимушка-Зима». Где-нибудь после обеда. Пускай ваша охрана свяжется с нашей и передаст детали.
— Но это через три дня. Не уверен, что мы задержимся в Слободе так надолго, — возразил Гольперин, нервно поправляя манжету рубашки, на которой уже проступили тёмные разводы.
— Боюсь, что раньше чем через три дня нам будет весьма некомфортно находиться рядом с вами.
Теперь уже я начал отходить. Вонь была просто невыносимой. У каждого из парней на висках собрались чёрные потёки пота, и скоро они это заметят. Нужно валить.
— Что же, посмотрим. В любом случае рад нашему знакомству, — сказал Гольперин и протянул мне руку.
Я же в ответ лишь помахал ему, ладонь парня так же была покрыта тёмным налётом. После этого поспешил к Мире и, взяв её за руку, побежал. А за спиной уже слышались возмущённые голоса парней о том, что они вдруг резко начали вонять и что это за чёрная дрянь на их лицах и руках.
— Это чего с ними случилось? — спросила Мира, едва мы свернули за угол.
— Благославенный с ними случился. Не любит мой дух-наставник вот таких выскочек. Даже сам, без меня всё сделал. Но, с другой стороны, оказал огромную услугу парням. Такая процедура у целителей стоит больших денег. Всё же полное очищение организма от всех шлаков и всего такого.
Перед тем как завернуть за угол, я в последний раз посмотрел на троицу. Громов стоял, держась рукой за задницу, а Гольперин в этот момент склонился над ближайшими кустами и отплёвывался. Один лишь Лопухин стоял спокойно, зажав нос пальцами и что-то бубня себе под нос.
— Полное очищение организма подразумевает избавление от любых посторонних элементов. Я так поступал со всеми, кто меня раздражает, — заявил довольный Каспер.
А впереди появился хмурый Егор, который явно хотел узнать, что же произошло с Гольпериным и его одноклассниками.
— Мира, план Б, — шепнул я.
— Что ещё за план? — так же, увидев Ефремова, спросила девчонка, готовая уже ко всему.
— Бежим!
— Антон Авраамович, могу заверить, что с вашим сыном и его друзьями всё очень хорошо. Даже гораздо лучше, чем было до приезда в Новую Слободу. Их осмотрели мои лучшие целители и сказали, что подобную процедуру могут устроить всего три целителя в империи. И попасть к ним крайне сложно — всё расписано на несколько лет вперёд, — произнёс Романов, стараясь сохранять невозмутимый тон.
— Пётр Дмитриевич, ну вы же понимаете, что это вопиющее нарушение всех мыслимых и немыслимых общественных норм? Можно сказать, что на детей напали прямо посреди улицы. И кто? Люди, которым предстоит представлять империю на международном уровне! — голос Антона Авраамовича дрожал от едва сдерживаемого гнева.
Романов тяжело вздохнул и потёр переносицу. А ещё выругался одними губами и показал телефонной трубке непристойный жест.
— Антон Авраамович, никто на ваших детей не нападал. Они сами подошли к Медведеву и Скворцовой. Первыми завели разговор. И, нужно сказать, весьма провокационный. Я уже прослушал его и могу с уверенностью сказать, что будь этот разговор между совершеннолетними, то он легко мог закончиться дуэлью.
— Это всего лишь дети, и кто вообще всерьёз воспринимает их слова? У них в голове одни шалости. Это не означает, что стоит применять магию, против которой не поможет ни один защитный амулет.
— Вашему сыну шестнадцать, пора уже думать о том, что и кому ты говоришь. Если он и дальше будет вести себя столь безрассудно, то, боюсь, ваш род останется без наследника достаточно быстро.
— Это угроза?
— Что вы, нет, конечно. Простая констатация факта. В ММУ ежегодно происходит больше двух сотен дуэлей, и основная масса приходится на первокурсников. Именно из-за неосторожно брошенных слов. Случившееся стало тревожным звонком. Надеюсь на вашу благоразумность. И не стоит распространяться насчёт этого случая. Репутация вашего сына может слишком сильно пострадать. А теперь прошу меня простить, сегодня ещё очень много дел.