— Мы понимаем это, — заговорила Мира, глядя императору в глаза. — И поэтому всегда заботимся о безопасности. Принимаем все возможные меры. Конечно, порой этого может быть недостаточно, но мы работаем в этом направлении. Совершенствуемся. Учимновые методы и воплощаем их на практике.
— Да и рядом с нами всегда находятся люди Петра Дмитриевича, они не дадут нам перейти черту, — добавил я и, даже не осознавая того, начал готовить защитное заклинание, потянувшись к амулету, созданному на наш седьмой день рождения.
Кожу слегка начало пощипывать от хранителя Шуйской, а в нос ударил едва различимый запах праха — это точно включился оберег Гришки.
— Может, вы уже скажете нам, что происходит? — не выдержала Ленка. — Такое ощущение, что здесь готова разразиться сильнейшая магическая битва. Ведь к этому готовятся все эти люди?
Рыжая окинула взглядом стадион, где собралось уже несколько сотен, а то и тысяч оперативников — и не только. Среди людей Романова встречались и представители других ведомств, даже были люди в армейской форме. И исключительно одни маги. Сильные и опытные маги, прошедшие через множество сражений.
— Мы ждём прибытия гостей, которых никто не звал. И отказать мы им не можем. Просто не получится, — развёл руками император. — Они придут, чтобы встретиться с вами. Но не стоит бояться, если понадобится, я сам защищу вас.
Когда такие слова слышишь от императора, сильнейшего мага империи, то поневоле начинаешь нервничать.
— Ваше величество, разрешите… — начал говорить Петросян, который явно хотел побыстрее свалить отсюда. Он озирался по сторонам и периодически хватал себя за подбородок — явный признак нервозности.
Но, к моему удивлению, после кивка императора артефактор залез в свой портфель и принялся доставать оттуда какие‑то артефакты, которые он расставлял вокруг нас.
Мы остались только с императором и Романовым. А вскоре к нам начали прибывать и другие: князь Донской Валерий Владимирович, князь Воронцов Сергей Дмитриевич, князь Кирилл Александрович Рюрикович, Александр Михайлович Бродский, Андрей Борисоглебский и ещё четверо неизвестных мне магов.
Но если первые входили в десятку сильнейших магов империи, то, скорее всего, и эти — так же.
Появление этих людей не могло добавить нам спокойствия. Для чего в одном месте могут собраться сильнейшие маги империи? Лишь для встречи названных гостей — и эти гости должны быть очень сильны. Настолько, что даже император вышел их встречать.
— Гирос рвётся ко мне, — произнёс Гришка.
После чего то же самое сказала Мира, но про Дану. А воздух рядом со мной пошёл рябью — и появился Илларион.
Тело смотрителя было покрыто светящимися золотыми и серебряными символами. А ещё он сейчас не уступал в силе собравшимся магам. Хотя я с уверенностью могу сказать, что Илларион не блещет магическими талантами. Это дело рук Благославенного. Он поработал над смотрителем, дав ему эту силу.
— Господин, не волнуйтесь. Я урегулирую любую нештатную ситуацию. Вы главное держитесь за моей спиной.
— Если он будет держаться за твоей спиной, то как мы сможем поговорить? — раздался незнакомый голос с очень странным акцентом. Я такого раньше никогда не слышал.
Сразу после этого все маги окутались свечением своей силы. И наша четвёрка от них не отставала. Илларион слегка присел, готовый броситься в бой; рядом с Гришкой возникла чёрная дыра, из которой вылез Гирос в своём истинном обличии, а под ногами у Миры возник водяной водоворот. Через секунду Скворцова уже сидела на своём скакуне. Маха не отставала от других и возникла рядом с рыжей, заключив её в кольца своего тела.
— Давно нас так не встречали. Российская империя по праву считается одним из сильнейших государств на планете, — раздался новый голос. На этот раз женский — чарующий и завораживающий, проникающий в разум и… получающий там по щам от подарка Миры.
— Но Благославенный никогда не позволял нам приходить к нему в гости, — третий голос рокотал, словно принадлежал какому‑то хтоническому чудовищу.
— А я уже бывал в столице Российской империи. Выпивали вместе со стариками, — четвёртый голос чем‑то напомнил Ленку, хотя и принадлежал мужчине.
— Давайте вы все успокоитесь и не будете делать глупостей. Всё же мы соседи, а добрососедские отношения — залог крепкой дружбы, — вновь произнёс первый голос.
После этого между нашей четвёркой и дуэтом императора с Романовым стали проявляться четыре тёмные фигуры. Тёмные — в буквальном смысле. Я бы даже сказал, чёрные. В каких‑то балахонах, обвешанные костяными амулетами, босые и все абсолютно лысые, включая невероятно красивую женщину, чьи глаза горели алым.