Девушка, которую, как оказалось, звали Тильдой, выбежала из комнаты шмыгая носом. Наверное, надо было бы позвать ее обратно, сказать ей что-то доброе и хорошее, но сил не было. Я просто позволила уложить себя в постель и уснула.
На следующий день я чувствовала себя немного лучше. Целитель уговаривал полежать еще немножко, но мне казалось глупым проводить время в постели, когда люди, сделавшие намного больше меня уже вовсю занимались делами. К тому же, из-за того проклятого прорыва мы многое не успели купить, а зима уж не за горами. К сожалению, список покупок пропал где-то там, на площади, поэтому пришлось по такой мелочи отвлекать Арвида от важных дел.
Арвид внимательно выслушал мои сетования и рассуждения, а потом рассмеялся. Рассмеялся весело и открыто, как он умел. Когда над душой не нависали тысяча мелких хлопот.
— Дорогая, ты, конечно, можешь пройтись по торгу, когда почувствуешь себя в силах. Но наместник щедро одарил нас за помощь, так что мы теперь не только не нуждаемся. Но и сами в состоянии делиться с нуждающимися.
— Но ты же говорил, — напомнила я, — что королевские маги не берут плату за помощь.
— Плату, — Арвид особо подчеркнул это слово, — не берут. Но и от ответной помощи не отказываются. Особенно, если в ней нуждаются. Хотя, знаешь. Траутхен, ты пока лучше на торг не ходи, пока вся эта история не забудется.
— Почему? — Я искренне удивилась. — Неужели те, кто все это подстроил, захотят отомстить?
— Тебе? — Арвид, казалось, на миг задумался, но тут же мотнул головой. — Да нет, не верю. Но, боюсь, добрые горожане искренне захотят тебя отблагодарить.
— И? — Мне, конечно, было неловко выслушивать благодарности, но и горожан я понять тоже могла. — Что в этом плохого?
— Плохого — ничего. — Тут мой муж снова рассмеялся. — Только Вит с телегами уже трижды туда и обратно съездить успел, пока все подношения поперевозил. И это я еще отказывался, где только мог.
— Так что, нам, получается, теперь совсем ничего не надо? — Я чувствовала себя скорее растерянной, чем обрадованной. Как-то не привыкла я к таким подаркам.
— Наверное, что-то понадобится. — Арвид пожал плечами. — Но я пока не могу придумать, что именно. Через пару дней вышлю вас с Тиллем домой, там разберешься, что и куда девать. А пока что там Дитрих с Йоргом все складывают, они мужики толковые, порчи не допустят.
— А ты же Йорга обещал к Барбаре отпустить. — Вздохнула я. И сапожки Хедвиг обещал, а я мерку с ее ноги потеряла.
— Вот! Чуть не забыл! — Муж хлопнул себя по лбу. — То-то я с утра думаю, что еще что-то надо было сделать, но закрутился… Подожди, Трауте, я сейчас пошлю гонца к сапожнику, пока мастер на обед не ушел, а потом договорим.
— К сапожнику?
— Ну да, я попросил Вита взять у Барбары мерку для Хедвиг, по этой мерке мастер ей взялся сапожки сшить. На сегодня сапожки обещал.
С этими словами Арвид опять убежал по своим делам, а я решила попросить у служанки чего-нибудь для рукоделия. Сидеть просто так без дела было скучно. Мне было все равно, что мне принесут: спицы, коклюшки, пяльца… да хоть просто старое белье на починку, хоть какое-то занятие. Но, к моему удивлению, меня проводили в комнату, где можно было выбирать, что захочешь.
— А у вас специально комната для рукоделия есть? — Удивилась я. — И что, можно просто так взять, что захочу? А хозяйка не обидится?
— Берите, госпожа. — Тильда, а сегодня была ее очередь быть при мне, вздохнула. — Господин наместник сказал, чтобы Вы брали, что понравится. Ему-то оно все равно не нужно. С тех пор, как господин овдовел, тут только мы убираемся.
— Как жаль. — Посочувствовала я наместнику. — А что случилось с госпожой? Если это не тайна, конечно.
— Да какая ж тут тайна? — Искренне удивилась Тильда. — Весь город знает, что простудилась госпожа три зимы тому назад. А в ее возрасте, сами понимаете, уже от каждого чиха помереть можно.
Я понимала только одно: жена господина наместника была дамой почтенного возраста. Из этого можно было понять, что и сам наместник, которого я пока не видела, тоже уже далеко не молод. Но сплетничать с чужой прислугой о хозяевах — последнее дело, так что расспрашивать не стала. Выбрала себе коклюшки, на которые давным давно, как оказалось, умелые руки намотали тонкую нить.
Плести кружева я всегда любила. Мне казалось почти волшебством, что из обычных нитей можно создавать такую красоту. Наверное, все дело в том, что мне никогда не удавалось наиграться с кружевами «досыта», все время не хватало то времени, то денег на тонкие нитки, то другая работа была важнее и нужнее…