— Пей, родная. Пей…
— Простите меня! — Сделав несколько глотков, я постепенно начала успокаиваться. Теперь я не знала, куда деваться от стыда за то, что так опозорила и мужа, и племянницу. Но гость, казалось, и сам был смущен не меньше меня.
— Вот поэтому я и не хотел сразу говорить. — Извиняющимся голосом пояснял он Арвиду. — Думал, получится как с Агатой: сперва мы познакомимся, а потом титул уже не будет иметь такого значения.
— Простите, Ваше Высочество! — Я не удержалась, помня о том, что шутам и сумасшедшим прощается многое. — А у вас правда есть указ Его Величества, заставляющий жениться на нашей Готе?
— Ну, не то чтобы заставляющий, и не то чтобы совсем указ… — Принц улыбнулся, словно вспомнил хорошую шутку. — Но письмо такое есть. Отец написал в нем: «Нравится девушка — женись». Ну, я и женился.
Теперь уже смеялись мы все трое.
— Траутхен, — вернул меня к реальности голос мужа, — так что там с обедом? Время идет. А Его Величество наверняка имеет более важную причину для визита, чем передать тебе письмо от племянницы.
— Ну почему же? Письмо тоже есть. — Принц вздохнул. — Но Вы правы, Арвид, нам надо серьезно поговорить. Ваши и наместника донесения я читал, но мне очень интересно то, что не поместилось на бумаге.
— Но сначала обед. — Сбить с толку Арвида было намного сложнее. — Так как, Траутхен, справишься? Или отдохнешь, а нам Хедвиг поможет?
— Вот еще! — Возмутилась я, чувствуя себя в силах снова воспринимать окружающий мир. — Справлюсь, конечно. Не каждый день ко мне родственники приезжают!
Мы уже заканчивали подавать на стол, когда Хедвиг, теребя передник, подошла ко мне.
— Так я пойду, да? — Тихонько спросила она.
— Куда? Без обеда? — Удивилась я. Привыкла уже, что девочка всегда обедает с нами. — Куда спешишь? Ты же занесла бабушке корзинку с зеленью? Значит, они тоже сегодня с лакомством.
— Ну у Вас же гости. — Девочка оглянулась через плечо и прошептала. — Он правда принц? Или это господа так пошутили?
— Правда. — Я вздохнула. Думаю, еще одно-два таких потрясений, и селяне перестанут радоваться, что им попались «нормальные» хозяева. — Только не говори пока никому, ладно? Не надо людей будоражить зря. К тому же, он тут по своим делам, так что, наверное, не хочет быть узнанным.
— А откуда его господин Арвид знает? — Любопытство светилось в детских глазенках.
— По службе, наверное. — Пожала плечами я, даже не задумываясь, откуда Арвид может знать принца в лицо. — Он же — королевский рыцарь, да еще и маг. Говорят, король их очень жалует.
Я и правда задумывалась, как нам подавать к столу в присутствии принца. Сами-то мы обычно звали к столу всех домочадцев, но, возможно, Его Высочество не захочет есть за одним столом с простым солдатом или девочкой с кухни? Однако, ни другой комнаты, ни другого стола у нас пока не было, так что я решила оставить все как есть. Вышедший на минутку Арвид только подтвердил мое решение.
— Принца Эрика я до этого знал только в лицо, — сказал он, — а вот кронпринц постоянно по гарнизонам мотается. То с проверками, то по другим делам. И никто в армии не слышал, чтобы Его Высочество когда-нибудь возил с собой специальных поваров. Мне встречались рыцари, которые рассказывали, как он просто подсаживался к их костру и хлебал похлебку из того же котла. Так что не переживай, принц знал, куда ехал.
Принц Эрик оказался отличным парнем: веселым, тактичным, неглупым. Он уплетал за обе щеки похлебку и с юмором рассказывал, как впервые пробовал пюре из брюквы.
— А что не так с брюквой? — Удивилась я.
— Все так. — Рассмеялся принц. Только у нас во дворце ее подают редко, считай, никогда. — А Агата решила, что я — совсем из нищей семьи, раз мы даже брюквы досыта не едим.
— А добрый Хайнрих у Вас подают?
— У нас его заменили шпинатом с дворцовых грядок. Но, в остальном, рецепт похлебки тот же.
— Надо же, моя жена меня кормит не хуже короля. — Рассмеялся Арвид.
После обеда мужчины переглянулись и Арвид с серьезным видом попросил нас оставить их с Его Высочеством наедине, потому что им надо поговорить. Мужчины закрылись в комнате в книгами и тетрадями, а нам пришлось искать себе другие занятия. Парни, недолго думая, сбежали к остальным мужчинам в дом, который я мысленно уже начала называть казармой. А я, поискав себе занятие, вспомнила о вендах и решила поговорить с Вильком.
Найти купца оказалось несложно, вернувшись с кургана они с товарищами отдыхали в доме, где остановились. Войдя в дом я немного растерялась, поскольку находиться в одном доме с таким количеством подвыпивших мужчин мне еще не приходилось. В Горнборге старшие фру строго следили, чтобы молодежь соблюдала правила приличия, но там мне и не приходилось вести с мужчинами какие-либо дела. Напомнив себе, что это я здесь — хозяйка, вдохнула поглубже и прошла к общему столу.