- Здравствуй, – произнесла Оля немного дрогнувшим в волнении голосом.
- Здравствуй, Оля! Спасибо, что пришла, – ответил ей Истомин, усаживая ее за стол.
К их столику сразу подошла официантка, чтобы принять заказ.
- У тебя есть какие-то пожелания? – спросил Максим Олю.
Оля жестом показала ему, чтобы он сам заказал, что хочет. Когда официантка, приняв заказ, удалилась, между ними повисло тягостное молчание. Оля смотрела в окно, а Истомин не сводил глаз с Оли. Он видел, что настрой у нее на него с решительным негативом. И в первый раз в жизни он не знал, с чего начать разговор с женщиной. Все заготовленные фразы казались сейчас глупыми, напыщенными и неуместными. Ночью он заготовил миллион речей для нее, но сейчас понимал, что все они прозвучат фальшиво. Нужно найти какие-то самые нужные слова, но какие? Если бы Оля помогла ему начать разговор, задав какой-нибудь вопрос. Но она упорно не хотела смотреть на него, и похоже, не расположена к диалогу совсем. Максим мучительно искал подходящие слова, но как назло все мысли разбрелись, отказываясь собираться вместе. Он почувствовал нарастающее беспокойство. И тут Оля, не выдержав характер, повернула голову в его сторону. Их глаза сошлись друг на друге. Она увидела в его глазах растерянность, что было абсолютно не характерно для Истомина.
- Ну, так что ты молчишь? Давай, начинай уже свой разговор, без которого ты не уедешь отсюда, – нервно начала Оля.
- Оля, мне хочется попросить у тебя прощения за прошлые обиды. Прости меня…
Оля нетерпеливо и с едкой усмешкой перебила его.
- Ты не находишь это ужасно глупым просить прощение после всех этих лет? И с чего ты взял, что я желаю этих извинений? Да я очень рада, что моя судьба была связана с Димой, а не с тобой, – Оля многозначительно хмыкнула, - Представляю, что бы меня ждало, выйди я за тебя замуж. Наверняка получила бы избалованного, эгоистичного и неверного мужа, а также презирающих мою низкосортность свекра со свекровью. Нет уж! Хорошо, что ты тогда пожелал со мной расстаться. Зато в итоге у меня был самый лучший муж на свете и самая добрая свекровь. С ними была самая настоящая жизнь в любви и уважении друг к другу. Я очень любила Диму и его маму и очень тяжело пережила потерю их обоих, – у Оли спазмом перехватило горло, и она замолчала, отвернувшись опять к окну.
Максим изумленно смотрел на Олю. Он был уверен, что про него ни одна из его женщин не говорила с такой любовью. Никогда! И даже Оле нечего про него сказать хорошего. А и правда, как он относился к своим женщинам? Все они сейчас опять вереницей промелькнули в его памяти. Максим позволял им приобретать его расположение, которое выражалось в количестве шмоток, побрякушек, загранпоездок. Сколько он себя помнил, женщины для него значили только как показатель его благополучности. Он не прислушивался к своему сердцу, а искал и находил самых искушенных женщин в мире больших денег.
- Ты тысячу раз права. Олечка! Наверное, в те года я действительно не был способен сделать тебя счастливой, и поэтому сейчас даже рад, что тогда не испортил тебе жизнь.
- Конечно, ты же тогда пытался осчастливить дочку какой-то московской шишки, – Оля не упустила возможности съязвить.
- Да ни одной своей жене я не смог дать счастья. Все остались глубоко недовольными мной. Впрочем, о себе могу сказать тоже самое.
- И чем же твои жены тебя не устраивали? Мало любили что ли тебя? – Оля уже заинтересованно ждала ответа.
Истомин задумался на некоторое время. Видно было, что он пытается проанализировать, наверное, впервые, прошлые свои семейные отношения.
- А тем и не устраивали, что выбирал я их не сердцем, и даже не разумом! – и опять последовало некоторое молчание, которое Оля даже не решалась нарушить.
- Помнишь мою первую поездку в Японию? Впрочем, что я спрашиваю. Конечно, помнишь. Вот там меня мой отец и познакомил с первой женой. Тогда сложилась благоприятная ситуация в стране, когда можно было рискнуть своими вложениями, чтобы сорвать крупный куш. Отец вместе со своим товарищем по этой авантюре проворачивали дела через Японию. А чтобы завязаться друг с другом покрепче, задумали женить своих детей. Для этого и взяли нас с собой в ту поездку. Оля, я когда попал в тот мир больших денег, то просто ошалел от того, как можно жить. Ты себе представить не могла, что сулили мне открывшиеся возможности того мира. Да отец еще постоянно напевал мне в уши, какая жизнь ждет меня, если я его послушаюсь. Что говорить. Эти радужные перспективы вскружили мне голову. И я в итоге согласился с отцом. Я сделал все, чтобы спровоцировать разрыв с тобой и сбежать от тебя в Москву. А там уже женился на дочери его партнера. По окончании института полноправно влился в их совместный бизнес. Прибыль лилась рекой им в руки, а также и мне. Мы с женой уехали в Японию, я вел дела там. А в России тем временем наступили криминальные времена. Начался передел собственности, и его жертвой пали оба наших родителя, а также их бизнес со всем его содержимым. Вот тут с меня и слетели розовые очки благополучия, пришлось срочно взрослеть и обдумывать свою жизнь по-новому. Начинал свой бизнес едва не с нуля. Жена от меня быстро свалила к более успешному мужику, о чем я совсем не жалел. Мне было не до нее. Я тогда пахал по-черному, чтобы развить свое дело. И, слава богу, мой труд окупился. Я стал тем, кем сейчас являюсь! Но, как говорится, с волками жить – по-волчьи выть. Мир успешного бизнеса довольно жесткий. Тут не до сантиментов. И поневоле забываешь о таких понятиях, как настоящая дружба, взаимопонимание, искренняя любовь. А спутника жизни ищешь, как перспективный объект для своих инвестиций. Чем больше вложений капитала, тем больше ожидаемая прибыль. Из таких соображений и был сделан выбор моих следующих жен, но расчет оказался не верен. Теплоту, душевность, понимание не купишь ни за какие деньги. А без них самый точный расчет летит к чертям собачьим.