Оставив девочку вприпрыжку бегать вокруг медитирующего отца, я отошел немного в сторону, и деактивировал Радужную броню. Сейчас моя основная защита с легкостью выдерживала любое известное мне боевое заклятье прямого действия - благодаря приобретенному в Харькове званию Высшего. Всякие Ластики и Гравитационные колодцы она по-прежнему не замечала, пропуская их сквозь себя либо частично, либо полностью.
- Они нас задерживают, не правда ли?
Алекс появился, как всегда, из ниоткуда, и как всегда, начал с критики. Я даже не стал выдумывать отговорок:
- Так и есть, к сожалению. Но не могу же я оставить их на произвол судьбы? Или все же могу? - я вопросительно поглядел на Миньона. Тот хмыкнул:
- Конечно, можешь. Но не хочешь. Тебе интересна эта девочка...
- Угу... Как и тебе. Ты же в курсе, что она как я - стала Офицером еще до самого Вторжения. Думаю, секрет ее силы связан именно с этим фактом.
Гомункул нагло ухмыльнулся:
- Она сильнее тебя.
Я дернул бровью:
- Не говори глупостей. Текущий я сильнее настоящей ее. Хотя я понимаю, что ты имеешь ввиду. Но неужели ты думаешь, что меня задевает этот факт?
Собеседник довольно хохотнул, смерив меня долгим оценивающим взглядом, и мне пришлось развести руками:
- Ну, есть немного, и что с того? Ты-то чего радуешься?
- Приятно наблюдать за тщетными попытками скрыть чувство зависти от самого себя. Ты переживаешь - это делает меня сильнее!
Я сухо прокомментировал:
- Понятно. И тут выгоду нашел?
Алекс потер щеку, не отрывая от меня взгляда, и произнес с заминкой:
- Я...хочу поблагодарить тебя.
- За что? За мою зависть? Да уж не за что: есть вещи, которые даже Офицер моего уровня не в силах контролировать!
Демон отмахнулся:
- Нет, конечно, не за нее. Я благодарю тебя за разрешение поработать с девочкой. Это был бесценный опыт! - он важно кивнул, улыбнувшись самому себе.
Я обратил внимание, что с момента возвращения девочки в реальный мир, Демон заметно изменился. Особенно эти изменения коснулись уровня его эмоциональности - если раньше большинство новостей он встречал сухо и по-деловому, лишь изредка показывая свою обеспокоенность, или, что происходило немного чаще - злобу, то сейчас он активно реагировал на все мало-мальски достойное внимания. И делал это с заметным удовольствием, используя весь спектр человеческих эмоций. Иногда это наводило на мысли о его нестабильной психике - за минуту Демон мог пройти через злобу, радость, удивление, злорадство, сарказм, юмор...правда, весьма специфический юмор. Он смог на самом деле очень многому научиться у девочки.
Неужели я настолько безэмоциональный, что Миньон не мог научиться этому у меня? Даже обидно как-то, честное слово! Может, поэтому мой ответ прозвучал излишне грубо:
- На здоровье. Ешь, не обляпайся.
- Не злись. Я сознательно ограничиваю связь между нами - твое влияние на формирование моей личности оказалось слишком велико. Я несколько недооценил связь, которую ты называешь 'Хозяин-Миньон'.
Отмахнувшись от Миньона, я присмотрелся к Ауре Жени:
- Ладно, забыли. Лучше расскажи, что скажешь о потенциале отца Марины? Даже сейчас он - весьма сильный Офицер...ну, в плане качества и плотности Ауры, - уточнил я. Ответ меня несколько обескуражил:
- Пустышка. Его сила находится целиком во власти Дочери. Он является всего лишь сосудом для той силы, которую Марина может в него поместить.
- Либо не поместить, - продолжил я его мысль, - А она способна забрать то, что уже вложила в него?
- В теории может. Но вряд ли сделает этого.
- Если только не появится второй Валера... - я нахмурился, вспомнив монстра, в которого превратился ее дядя.
Занимаясь исцелением Марины, Алекс неплохо успел ее изучить в ментальной области. Я все это время находился рядом...вернее не я, а часть моего сознания, управляющая дроном-информатором, поэтому тоже ухватил кое-что.
В то время, когда Женя сражался с Валерой, Марина уже находилась под контролем последнего, и не могла осознать суть происходящих рядом с ней событий. Злодей поступил весьма изобретательно: он погрузил мозг девочки в некое подобие сна, в котором события реальной жизни тесно переплетались с событиями выдуманными. В реальном мире по улицам Днепропетровска бродило множество бесов, а во сне Марины - гуляли дети. В реальном мире ее папа стоял на одной из площадей в окружении детишек, и иногда они кидались в него тортами и пирожными, а он радовался этому, и смеялся... Несложно понять, какие цели бывший хозяин Днепра преследовал этими, на первый взгляд бессмысленными, действиями.