Блинк!
Старейшина успел вскочить на ноги, но пинок в спину бросил его вперёд, заставляя пролететь через стену собственного огня и впечатывая в барьер. Впрочем, пострадал он несильно и тут же развернулся, на глазах покрываясь чешуей…
Рывок!
Вот только скользнувший в ладонь белоснежный нефритовый меч пробил и халат, и чешую, и сердце, заставляя дальнего потомка драконов поперхнуться кровью. Если бы я захотел, то старейшина был бы уже мёртв, но блокировка осушения дала ему немного времени…
Телекинез!
Воспользовавшись тем, что я оказался слишком близко, он попытался ударить меня выросшими на левой руке когтями, но я провернул меч в ране.
— Ты…
— Не дёргайся. — посоветовал я. — Даже если ты покинешь тело, из барьера тебе не сбежать…
— Это тебе не сбежать, если ты меня убьёшь!
— Не беспокойся, не уйду. Ведь я пришёл не за мелкой рыбешкой вроде тебя…
Сфера парализации!
Навык банши, который я мог использовать только в режиме частичного слияния, заставил тело обвиснуть, но зарождающаяся душа вырвалась наружу и, окутавшись пламенем, рванулась к барьеру. Вот только я в очередной раз оказался быстрее…
Блинк!
Моя рука выстрелила вперёд, сжимая душу покрытого чешуёй рогатого подростка, на лице которого читался настоящий ужас — о том, что последует дальше, он примерно догадывался…
— Ты не Хань! — крикнул пленник. — Старый демон никогда не был настолько силён.
— Ты прав, я — не он. — признался я. — Ну а теперь скажи, где находится Йерал, Сын Дракона.
— Если ты пообещаешь пощадить меня, то я проведу тебя!
— Ты готов предать своего предка?
— Какой прок в преданности, если я буду мёртв?
— Ты прав — никакого… Какой яд был в вине, что ты мне предлагал?
— Никакого!
Стакан не пережил потока пламени, так что проверить, лгал он или нет, было сложно, но я и без того чувствовал обман. И знал, что яд в бокале присутствовал. Так что продолжать допрос особого смысла не имело.
Подавление души!
Нити ци стали окутывать душу пленника, лишая его излишков энергии и возможности сбежать — и подготавливая для следующего шага.
— Яд, сжигающий ци! Это был яд, сжигающий ци!
— Вот теперь — похоже на правду.
Впрочем, тот факт, что пленник наконец-то начал говорить правду, не заставил меня остановиться.
— Что ты хочешь со мной сделать?
— Ничего особенного.
— Отпусти меня, старший! — взмолился Халмир. — Если ты попытаешься обыскать мою душу, то… я лучше уничтожу себя!
— Попробуй.
Если старейшина действительно хотел избежать подобной участи, то делать это нужно было сразу, а не сейчас. И, хотя душа в моей руке отчаянно задрожала, нити легко поддерживали стабильность. Время было безнадёжно упущено.
Ашу: ну, он хотя бы попытался.
— Похоже, без обыска души нам не обойтись?
— Нет, старший! Клянусь, я отвечу на все ваши вопросы!
— Почему ты хотел меня убить?
— Между мной и Ханем была старая вражда — некогда он убил мою любимую ученицу. Поэтому, когда он пришёл, то я счёл это знаком судьбы. Возможность отомстить за всё зло, что совершил этот демон на протяжении всей свой жизни!
— И это всё?
— Моему предку нужна зарождающаяся душа для создания пилюли, которая поможет ему стабилизировать свою культивацию. Если бы я принёс такую душу, то он бы меня щедро наградил!
— Его устроила бы душа демонического практика?
— Огонь очищает всё!
— Неплохой девиз…
Демоны или драконы — было у меня ощущение, что хрен редьки ничуть не слаще. Впрочем, я себе позволить милосердие тоже не мог…
Обыск души!
Нить моего сознания иглой вошла в душу противника, соединяя наши сознания, но на этот раз я увлекаться не стал, ограничившись только необходимой информацией. Той, что требовалась мне прямо сейчас, и той, что могла пригодиться в будущем.
— Ты как, в порядке?
Халмир не ответил, обвиснув в моей руке — несмотря на то, что я был осторожен, видимо, всё же повредил нечто важное. Впрочем, уничтожать душу я не стал и, достав шкатулку, положил в неё, залепив несколькими печатями из числа трофеев. Так себе замена карты, но, если из шкатулки пленник ещё мог бы сбежать, то из инвентаря — без шансов.
Ашу: действуешь как настоящий демонический практик.
Василий: само собой — сегодня же воскресенье.