Слева от Таунсена расположилась Лиза Соул. Высокая стройная пятидесятилетняя женщина с длинными светлыми волосами, стянутыми сзади ажурной тесьмой. Описывать Соул довольно сложно. Скромное темно-синее платье, едва заметный макияж, на щеках, шее и лбу многочисленные морщинки. Тасконка не скрывала возраст и принципиально не делала пластических операций. В повседневной жизни она часто демонстрировала аскетизм и умеренность.
Лиза не имела детей и жила в маленьком скромном доме на окраине Фланкии. Несмотря на высокое положение в обществе женщина отказывалась от охраны. Соул занималась исключительно социальными вопросами и считала, что посвященным незачем ее убивать. Рискуя собой, Лиза отправлялась на Еланию с грузовыми судами, доставляла пострадавшим продовольствие, одежду, медикаменты. За пять лет ни одного покушения. Многие аланцы боготворили Соул. Чистая, непорочная душа, защищающая интересы простых людей.
Следующим сидел Аргус Байлот. А вот генерала, наоборот, значительная часть жителей планеты люто ненавидела. Именно его, последователи Великого Координатора считали едва ли не главным виновником свержения диктатора.
Аланские представители Совета Олеся мало интересовали. Хотя и их досье русич внимательно изучил в Геленджиле. Больше всего стоило опасаться Кору Лейбвил. Довольно импульсивная и несдержанная женщина. Она выбралась на вершину власти из самых низов и постоянно хотела показать, что это не случайность. Удивительно, но ей поручили заниматься культурой, спортом и образованием. А ведь у аланки даже не закончен университет. Зато Лейбвил активно участвовала в подготовке восстания.
Пути господни неисповедимы. Тысячи непосвященных заняли высокие должности, явно не соответствующие их интеллекту. Размышления землянина прервал Никлас Прайлот.
– Дамы и господа, – проговорил председатель. – Хочу вам представить офицера генерального штаба, руководителя обороны четырех секторов, майора Храброва.
Члены Совета дружно поднялись со своих мест и подчеркнуто вежливо кивнули головами.
– Прошу садиться, – вымолвил Прайлот.
Олесь не знал, относится ли реплика Никласа к нему, и остался стоять. Жестом руки тасконец наконец показал русичу, чтобы он устраивался в кресле. Разгвор предстоял длинный.
– Олесь Храбров, – громко зачитал председатель, – тридцать пять лет, женат, имеет ребенка. Родился и вырос на планете Земля. По программе «Воскрешение» доставлен на Оливию. Участник первой экспедиции. Не раз проявлял храбрость, рассудительность и выдержку. Три года служил наемником на космодроме «Центральный». Вместе с товарищами захватил партию стабилизатора и бежал. После долгих скитаний по Тасконе повстречался с Аргусом Байлотом. Прошел курс специальной подготовки. По представлению начальника разведки ему был разрешен доступ в подземный мир. Спустя два года внедрен в исследовательскую группу, отправлявшуюся в звездную систему Аридана. Блестяще действовал на Акве. Благодаря Храброву проведена эвакуация колонистов и захвачен в плен один из горгов. После возвращения направлен в Чанкок. Принял активное участие в штурме бункера Великого Координатора.
На мгновение воцарилась томительная пауза. Ее нарушил Таунсен.
– Браво, майор! – воскликнул тасконец. – Блестящая биография. Таким послужным списком можно только гордиться. Интересно, в новейшей истории этих планет есть событие, к которому вы не приложили руку?
Русич неопределенно пожал плечами. Хвалить себя он не привык.
– Я не случайно перечислил ваши заслуги, – продолжил Никлас. – Мы не хотим, чтобы у общественности сложилось впечатление, будто Совет пытается найти крайнего в случившихся событиях. Это не суд, а попытка разобраться в допущенных ошибках. Человечество едва избежало катастрофы. Если бы горги прорвались к Алану, потери исчислялись бы миллионами. Ситуация заставляет нас задавать прямые и жесткие вопросы.
– Я готов на них ответить, – спокойно произнес землянин.
Вступительная часть закончилась. Прайлот сел на свое место. Наступало время допроса. Интересно, кто начнет атаку первым? Олесь искоса поглядывал на Торна. Тасконец что-то неторопливо писал на листе бумаги. На лице – полная отрешенность.
– Господин Храбров, – послышался высокий, надрывный голос Лейбвил. – О ваших взаимоотношениях с полковником Сорвилом, генералом Байлотом и представительницей Оливии Зендой Тиун всем хорошо известно. В последние дни средства массовой информации…
– Я не скрываю дружбу с этими людьми, – проговорил русич.
– Превосходно! – улыбнулась Кора. – В таком случае, не показалось ли вам странным столь высокое назначение? Простой майор и вдруг, начальник обороны четырех секторов.
– Хочу сразу поправить, – заметил Олесь. – Здесь сидит не простой майор, а офицер генерального штаба, два года занимавшийся стратегическими планами защиты звездной системы Сириуса. Мне хорошо известны достоинства и недостатки космических баз и боевых кораблей. Что касается назначения, то я не вправе его обсуждать. Приказы в армии должны выполняться беспрекословно. Единоначалие – ключевой стержень дисциплины.
– Понятно, – женщина кивнула головой. – Но вы не будете отрицать некое несоответствие военной иерархии. Многие офицеры на «Альфе-2» остались недовольны таким решением командующего. В частности, майор Корсон. Он был отстранен от дежурства.
– Офицер вел себя чересчур дерзко и вызывающе, – вымолвил Храбров. – Для наведения порядка мне пришлось прибегнуть к суровым мерам. Во время боевых действий я бы приказал его расстрелять. Командир, проявляющий слабость и нерешительность, не заслуживает уважения.