Описывать остальных маорцев не имеет смысла. В их внешности не оказалось ничего примечательного. Бледный цвет кожи указывал на явный недостаток ультрафиолета. Все трое имели чин полковника. На вид им было около сорока-сорока пяти лет. Даже в росте они ни на сантиметр не уступали друг другу. Офицеров словно подобрали по стандартному шаблону.
– Я генерал Сорвил, руководитель делегации Союза, – представился аланец. – Вместе со мной прибыли…
– Ваши помощники меня не интересуют, – небрежно махнул рукой маорец. – Я генерал Вайлейн, командующий вооруженными силами страны. Не думаю, что стоит тратить время на лишние церемонии. Правительство Алана и Тасконы дало нам всего пять часов на переговоры.
В словах Вайлейна явно чувствовался сарказм. Он вел себя откровенно вызывающе. Складывалось впечатление, что это Маора предъявила ультиматум Союзу. В наглости местным жителям не откажешь. Неужели колонисты настолько уверены в собственных силах?
– В таком случае, приступим, – спокойно сказал Сорвил. – Будем обсуждать насущные проблемы здесь, под открытым небом? Могу предложить десантное отделение бота.
Маорец гневно сверкнул глазами, но на язвительную реплику аланца не отреагировал. Отступив чуть в сторону, он жестом пригласил делегацию пройти в здание. Как и подобает воспитанным людям, мужчины пропустили Беллу Кронг вперед. У нее от холода посинели губы, а пальцы слегка тряслись. Тем не менее, тасконка держалась отлично.
– Среди вас женщина? – неожиданно спросил Вайлейн.
– А что в этом удивительного? – не понял вопроса Сорвил.
– Ничего, – восстановив самообладание, произнес маорец. – В нашей стране действуют несколько иные законы в отношении женщин. Но мы потерпим это неудобство.
Полковники не сводили с Кронг восхищенных взглядов. Даже в столь замершем состоянии Белла сохранила привлекательность. Храбров отошел в сторону и подозвал Брикс.
– Выстави усиленные посты, – приказал русич девушке. – Особое внимание к ангарам. От здания никому не отходить, в разговоры с охраной космодрома не вступать. Будьте готовы к возможным провокациям. Первыми огонь ни в коем случае не открывать.
– Слушаюсь, – проговорила лейтенант.
– Десять человек отправишь со мной, – продолжил Олесь. – Одному богу известно, какую западню приготовили нам маорцы. Они открыто демонстрируют свою ненависть.
Чуть помедлив, землянин с ироничной улыбкой на устах добавил:
– Выбери как можно больше женщин. Местные офицеры несколько странно реагируют на их присутствие. И пусть не опускают забрала шлемов.
– Будет сделано, – вымолвила десантница. Подбежав к строю взвода, она громко выкрикнула десять фамилий. С оружием наперевес солдаты устремились к Храброву. Вайлейн с нескрываемой иронией следил за действиями пехотинцев. Однако когда десантники приблизились, усмешка сползла с его лица.
– У вас что, и в армии служат женщины? – удивленно спросил генерал.
– Они имеют такие же права, как и мужчины, – ответил русич.
– Сумасшедший мир, – покачал головой маорец.
Останавливать солдат Вайлейн не стал. Вскоре отделение исчезло в дверях здания. Олесь, как подобает младшему офицеру, хотел пропустить генерала вперед. На мгновение глаза землянина и маорца встретились. По телу Храброва невольно пробежала нервная дрожь. Он увидел в зрачках противника бездонную, пугающую пустоту. Вайлейн даже не пытался скрыть своего равнодушия ко всему происходящему.
Такой взгляд у людей, привыкших к безграничной власти. Человеческие проблемы кажутся им мелкой суетой. Подобные правители не колеблясь, отправляют миллионы солдат на смерть. В душах тиранов нет места жалости и состраданию. Русич не сомневался, что перед ним стоит воин Тьмы. Точно так же Олесь чувствовал себя в секретном бункере Великого Координатора.
– Не церемоньтесь, проходите, – произнес генерал. – Вы – гости.
Почти каждая реплика маорца заканчивалась саркастическим комментарием. Пожав плечами, землянин двинулся в открытую дверь. Храбров сразу попал в зал заседаний. Если конечно так можно назвать жалкое, убогое помещение склада. Изнутри барак выглядел ничуть не лучше, чем снаружи. В воздухе отчетливо ощущался запах масел и смазки. Шершавые каменные стены, бетонный пол, маленькие узкие окошечки под потолком.
В самом центре находился длинный стол, покрытый зеленой скатертью, и два ряда пластиковых стульев. Чуть в стороне размещались две металлические вешалки для верхней одежды. Такого пренебрежительного, унизительного отношения к переговорам члены делегации не ожидали. Они растерянно застыли возле входа, не зная, что предпринять. Вскоре в помещение вошел Вайлейн.
– Раздевайтесь, господа, присаживайтесь, – бесстрастно сказал генерал. – Здесь довольно тепло. На нашей планете – это главное достоинство зданий. Климат на Маоре оставляет желать лучшего. Вы сами могли убедиться в превратностях погоды. Мы готовы были предоставить более комфортабельный зал в Дантоне, но миссии запрещено покидать космодром. Пришлось срочно освобождать склад запасных частей.
– Ничего страшного, – вымолвил Сорвил. – В полевых условиях легче добиться компромисса.
– Будем надеяться, – Вайлейн снисходительно улыбнулся.
Над столом вспыхнуло несколько мощных ламп. Аланцы и тасконцы, сняв куртки, неторопливо рассаживались по местам. До сих пор не проронившие ни слова полковники-маорцы застыли, словно мумии, ожидая приказа командующего. Шинели офицеров висели на противоположной вешалке.
Воспользовавшись паузой, русич расставил десантников вдоль стены. Солдаты находились за спинами членов делегации и держали под контролем всё помещение. Вскоре организационная часть закончилась. Положив руки на стол и гордо вскинув подбородок, генерал Вайлейн проговорил: