Я помню, как воды несёт через камни и рвы река,
Как дети играют и как приживаются саженцы,
А всё-таки жизнь продолжается, да, продолжается!
Дмитрий
Наконец-то вышел из ступора и снова начал регулярно писать. Начинать заново было трудно, но потом — пошло-поехало! Но об этом чуть позже.
Маша, подруга Алисы и Сергея, нашла себе съемную однокомнатную квартиру на другом конце Львова и переселилась в нее. Алиса съездила в Харьков — забрать кое-какие вещи, повидаться с друзьями и коллегами и порешать разные волонтерские дела. Я оставался «на хозяйстве». Готовить я более или менее научился, так что готовил и для себя, и для через день приходящего ночевать сына. Ничего, справился.
Армейская учеба у сына закончилась, их часть передислоцируют в другую область (знаю, куда именно, но по понятным причинам не пишу). Нет, не на фронт. Но ближе к фронту. В третью линию. Алиса едва успела вернуться из поездки, чтобы попрощаться.
Списываемся и созваниваемся с Сергеем. У него, к счастью, все в порядке. И обеспечение наконец наладили — выдали все, что не успели выдать во Львове: второй комплект формы, хороший бронежилет и каску, берцы и еще всякое-разное по мелочи. Похоже, снабжение нашей армии заметно улучшилось. И не только техникой и вооружением. Что не может не радовать.
Олег
В самом конце весны мы с женой вернулись на восток Украины, поближе к родному Харькову. Поселились в маленьком, тысяч на семь жителей, поселке на границе соседней области. До Харькова всего полтора часа езды, рукой подать. Жена уже несколько раз приезжала в Харьков, забирала какие-то вещи, в которых возникала острая необходимость.
Высылала почтой, я встречал на новом месте.
Обстрелы города? Да, конечно. Они и не прекращались. Но это уже стало частью реальности, которую просто учитываешь. Здесь, в поселке, тоже каждую ночь два-три раза гудит сирена воздушной тревоги. И еще один-два раза — днем. К счастью, тут тихо. Тихо — это когда российская ракета прилетает в другие города и поселки области, и ты читаешь об этом в новостях.
Нам повезло — наши друзья Стас и Света пустили нас в свою свободную квартиру. Они восемь лет назад были вынуждены бежать из Донецка, который внезапно вспыхнул и превратился в серую, не признанную миром зону — зародыш будущей полномасштабной войны. Бежали Стас и Света в этот поселок, а позже перебрались в центральную Украину.
Спасибо, друзья!
Тут мы провели лето, встретили осень. Тут, вероятно, и зазимуем.
Рынок в поселке
А вот и липа зацвела,
Такие, брат, дела,
Ещё вчера метель мела,
А нынче липов цвет,
А вот невеста с женихом
В районный ЗАГС идут пешком,
С заметным девушка брюшком,
Любовь им да совет!
А это в небе штурмовик,
Народ не парится, привык,
Мальчишка показал язык
Вослед штурмовику,
Бесстрашный удался пацан,
Горит улыбка в пол-лица,
И ни начала, ни конца
Мальчишке на веку.
Кто чем торгует: молодой
Картошкой, салом, лебедой,
А это утренний надой
И колбаса с дымком.
Старушка гонит лисапет,
Ей восемьдесят восемь лет.
Откуда знаю? Так сосед
С наездницей знаком.
Вот громыхнул прилёт ракет,
Торговец обувью планшет
Тиранит пальцем: что ж ты, дед,
Надумал звук включить?
Затих свирепый лай войны,
Иные голоса слышны,
И в очереди: «Циркуны?
Мерефа? Дергачи?!»
А это мы идём с женой
Меж колбасою и войной,
Поселком, областью, страной
Шагаем не спеша,
И под ногами не земля,
А начиная с февраля
Боится лопнуть — вуаля! —
Земной воздушный шар.
Дмитрий
Алиса переезжает в Киев — чтобы быть поближе к мужу, Сергею. Снова остаюсь один. Но ненадолго: вскоре из Германии наконец приезжает моя жена Бронислава. Ура! Вымыл-пропылесосил всю квартиру, перестирал одежду и постельное белье, наготовил кучу всякого вкусного.