Николас поворачивается и смотрит на военных позади меня.
– Свяжитесь со своим командиром, пусть вернет этих дебилов на место! Они только помешают.
Все его слова проносятся мимо меня, я уже снова неотрывно смотрю на разворачивающиеся события расширившимися от ужаса глазами. Двое монстров атакуют машину, и она легко переворачивается, подлетая в воздух, а затем жестко приземляется на крышу. Выстрелы тут же стихают, и несмотря на то, что двигатели другой техники продолжают работать, а монстры злобно клокотать и рычать, кажется, будто наступила оглушительная тишина. Пулеметчик отлетает в сторону и падает на груду камней, застыв, словно изломанная кукла, и на него уже бросаются голодные твари.
В этот момент происходит все и сразу.
Николас рядом со мной матерится, нетерпеливо приплясывая на месте, словно едва сдерживается, чтобы не стартануть к месту событий.
Монстры вырывают дверцы перевернутого пикапа и выбивают уцелевшие окна. Хватают находящихся там людей, до нас долетают крики, что стихают слишком быстро. Твари за секунду рвут людей на части.
Зажимаю ладонями рот, сдерживая крик. Эта ужасная картина навсегда останется со мной.
Монстры прибывают и прибывают.
Военные открывают огонь.
– Сука! – в сердцах орет Николас. – Если кто-то из наших пострадает от шальной пули, я отрублю башку тому, кто это приказал! Что за тупые уроды?!
– Эмили? – зовет меня Мэйсон. – Уходим отсюда. Надо отвезти тебя домой.
– Нет! – зло отрезает Ники.
Я тоже качаю головой, как бы мне не было страшно, я не могу уйти. А что, если монстры прорвутся сюда? Они пойдут по моему запаху. А там Брит и папа. Нет. Я с места не двинусь.
Убираю руки от лица, смотрю на Мэйсона и шепчу:
– Не надо.
В этот же момент поворачиваюсь и наблюдаю, как от забора отъезжают еще несколько автомобилей, а люди Картера, наоборот, отступают.
Я словно во сне.
Слышу, как Ники называет военных тупыми кретинами.
Замечаю Джареда. Он за забором. Помогает подняться одному из раненых солдат и практически тащит его на себе в сторону машины.
– Надевайте маски! Быстро! – приказывает Мэйсон.
Сначала я не понимаю, для чего это нужно. А потом вижу множество хакатури, что выбрались из мертвых тел монстров, убитых военными. И сейчас демоны, вереща и яростно размахивая крыльями, ищут себе новых носителей.
Насколько я помню, хакатури, если они не набрали достаточную силу, не могут пересечь границу без носителя. Но я благоразумно молчу про это, натягивая маску. Лучше перестраховаться.
Выискиваю в толчее за забором знакомые лица и фигуры. Картер и его напарник разделываются с одним монстром, потом со вторым.
Джаред помогает раненому забраться на заднее сиденье и оборачивается. Вскрикиваю, прижимая руки ко рту, позабыв о том, что там респиратор. Тварь появляется словно из ниоткуда. Мощный удар лапой, и Джаред отлетает в сторону, а на машину, возле которой он только что стоял, наваливается новая порция монстров. Но я могу только смотреть на капитана, что с трудом поднимается на ноги и достает из кобуры пистолет. С ужасом отмечаю, что на нем больше нет защитной маски. Видимо, слетела при падении.
Джаред отступает к границе, постоянно отстреливаясь от хакатури, что один за другим пытаются атаковать его. Оставшиеся машины и люди Стренджа в этот момент возвращаются к забору, но остаются по ту сторону от него. По лицу Картера ничего невозможно прочесть, маска не дает, но он наверняка зол. И причина этому предельно ясна из проклятий Ники, а он довольно популярно объяснил, что во всем виноваты военные, которые не выполнили свою часть уговора – стоять на месте и не открывать огонь до тех пор, пока им не подадут знак.
Вновь ищу глазами Джареда, но не вижу. Он вернулся или нет?
Слышу ругань Мэйсона, а после он быстро говорит мне: "Оставайся тут!" и срывается с места, бросаясь к Джексону.
Смотрю, в ту точку, куда направляется добрая половина оставшихся по эту сторону военных. Джаред корчится на земле в двух метрах от границы. От ужаса охвативших меня воспоминаний едва удерживаюсь на ногах. Отступаю на шаг назад, упираясь в застывшего словно статуя Скотта. Я уже видела такое. Совсем скоро Джаред поднимется с земли, белки его глаз посинеют, а сам он будет бросаться на тех, кем еще минуту назад командовал.
Люди подбегают к нему, хватают своего сопротивляющегося командира и затаскивают на защищенную аномалией территорию. Тут же вспоминаю слова Джорджии. Ему нельзя сюда. Все, кого они ловили и привозили для изучения, вскоре умирали от непонятного действия аномалии. Потрясенно встряхиваю головой. Он и так умрет. Демон внутри него ни за что не вылезет, пока носитель жив.