— А с дронами лавочника что делать?
— Ничего. Вернутся сами. У них с мозгами лучше, чем у некоторых рекрутов.
К ночи парк техники стих не полностью. Шум просто стал другим.
Где-то тикали остывающие корпуса. Под потолком брякала цепь. Дальше за рядами техники на каком-то своем языке переругивались два ремонтных дрона — один чисто механически, другой — с чувством. Атлант стоял рядом, огромный и раскрытый, как зверь после операции.
Сай соорудил гамак из грузовой сетки и ремней, Вик сделал себе второй, не хуже. Под головой вместо подушки был свёрнутый чехол от кабеля.
— Утром поговорим с капитаном? — спросил Сай из темноты.
— О чём?
— О деньгах.
Вик не ответил.
— Понял, — сказал Сай.
Через какое-то время он уснул. Вик лежал с открытыми глазами и смотрел на тёмный силуэт Атланта, из-за которого они влезли в долги. «В ближайшие дни поступление средств маловероятно».
Потом сон всё-таки догнал его.
Мать лежала в лечебной капсуле на станции у Уорриора. Он видел ее прекрасное лицо — красивое, бледное, с тонкими чертами. Слишком спокойное. Как у человека, за которого уже всё решили: система, врачи и тарифы.
Вик стоял по ту сторону стекла. Он поднял ладонь.
Мать тоже подняла.
Их пальцы соприкоснулись через прозрачную стенку. Стекло было холодным, гладким и совершенно непреодолимым. За ним что-то пищало: то ли монитор, то ли таймер.
То ли касса.
Вик хотел сказать, что деньги будут. Что он уже почти, ещё немного.
Но проклятое стекло было звуконепроницаемо. Точь-в-точь как два миллиона миль вакуума, отделявших сейчас его от единственного родного человека во всей Вселенной.
Он проснулся рано.
Парк техники стоял серым в тусклом свете ночных ламп. Сай ещё спал, свернувшись в сетке. У Атланта тихо мигал сервисный индикатор. Где-то за ящиками кто-то из техников кашлянул и выругался спросонья.
Вик сел.
Голова была тяжёлая с недосыпа, спина болела, а на жетоне всё ещё был ноль.
Ему кровь из носа надо было продлить хоспис. Про операцию он пока не мечтал. Заполучить хотя бы просто отсрочку! Но и она стоила солидов.
Если Рота сама сидела без денег, ждать от неё спасения было бы тупо. К том уже, консервацию нельзя тянуть бесконечно: операция всё равно висела впереди как стена.
Нужны были живые деньги.
Вик вновь достал нейроблоки.
Опасные, дорогие, трудно реализуемые. То, что судьба ещё не успела у него отнять. Теперь их можно продать: вряд ли кто-то из храмовых жрецов начнет докапываться до наемников.
Хотя с этих станется.
Сай пошевелился.
— Ты чего не спишь?
Вик не сразу ответил.
— Надо найти деньги.
Сай сразу понял и открыл глаза.
— Для матери?
— Да.
Он посмотрел на Атланта, потом заметил нейроблоки в руках у Вика.
— Думаешь загнать? Кому? Квисту?
— Или Клеггу. Кому угодно.
— Дёшево заберут!
— Пусть.
Сай молчал.
Вик поднялся с гамака. Ноги плохо слушались, но это было неважно.
«Если сегодня ничего не решится с подьемными, продам блоки. За любые деньги. Ждать уже нельзя» — решил он.
— Вик, а Вик. Чего они там бухтят? — вдруг спросил Сайрус.
Только тут Вик сообразил, что техники Роты не работали.
Они кучковались маленькими нервными группами, говорили вполголоса, перебивали друг друга, и то и дело поглядывали на проходы. Их дроиды бесцельно стояли безо всяких указаний. Один держал сварочную лапу поднятой, как ученик, которого не хотели спросить.
Заинтригованные, они подошли ближе к одной из них.
— Да я тебе говорю, платёжный пакет не прошёл! — шипел высокий механик с ожогом на шее. — Не задержался, не подвис, не «техническая пауза». Не прошёл!
— Фесс живые выплаты режет, — сказал другой. — Значит, пусто.
— У Фесса всегда пусто, когда платить надо.
— Снабжение Джан вообще не отвечает!
— Канал мог лечь.
— Канал мог лечь, бабушка твоя могла воскреснуть, а Аттвуды могли просто так патрули в космос вывести. Всё могло быть.
Квист стоял среди них. Он не принимал участия в сваре, но был мрачнее обычного. Вик дождался паузы.
— Что происходит?
Квист скользнул по нему взглядом.
— А ты как думаешь, парень? Денег нет, снабжения нет, канал Джан молчит, а наш финотдел делает вид, что он — храм терпения.
— Это точно Джан? — спросил Сай.
Кто-то рядом зло рассмеялся.
— А кто ещё? Святой Спиритус решил проверить нашу веру голодом?
Квист сплюнул под ноги.
— Уверен, эти уроды Джан решили кинуть нас. Говорят, в разборку Джан и Ратенау вмешались Аттвуды, и далеко не на нашей стороне.